Он на ощупь нашел кругляк звонка и трижды на него надавил, через секунду еще раз. Это был условный сигнал, поэтому дверь открыли сразу. Бронированная дверь снаружи были замаскирована под обычную деревянную, она тяжело отворилась, и на Анатолия уставилась морщинистая, горбоносая физиономия старухи.
– Меня прислал дядя Джо, – вместо приветствия произнес Сафин, старуха ничего не ответила, лишь сняла с двери цепочку и распахнула ее чуть-чуть шире. Анатолий в этой квартире был не один раз и хорошо в ней ориентировался. Он быстро пересек коридор, зашел в спальню, заставленную убогой мебелью. Подойдя к громоздкому шифоньеру, ухватил его за бронзовую ручку. Несмотря на внешнюю громоздкость и массивность, шкаф легко отошел в сторону, открыв проход в соседнюю квартиру.
Эта трехкомнатная квартира располагалась в соседнем подъезде, и при необходимости из нее можно было выйти незамеченным. В этой обычной квартире и размещалась конспиративная явка чеченской резидентуры. Постоянного состава здесь не было, за исключением хозяйки (которая, видимо, и была резидентом) и ее сына, двадцатилетнего парня, вечно сидящего за компьютером. Остальные были переменным составом, неизвестно откуда появлялись и неизвестно куда исчезали. В последний раз, когда Анатолий здесь был, в квартире жила молодая чеченка. Через полгода ее показывали по всем программам новостей, говоря о взрыве на железнодорожном вокзале.
Войдя в квартиру, Сафин негромко поздоровался поместному:
– Салам аллейкум.
Хозяйка – грузная, но еще молодая женщина – внимательно посмотрела на вошедшего и коротко сказала:
– Проходи.
Несмотря на свои габариты, хозяйка двигалась легко, как будто плыла над полом. Проходя по коридору, она прикрыла дверь в зал. По раздававшимся мужским голосам журналист догадался, что там находится приличная компания.
Пройдя еще немного по коридору, они свернули в небольшую, тесную комнатенку. Единственное окно было плотно занавешано, все освещение исходило от работающего монитора. Перед компьютером сидел сын хозяйки.
Обернувшись на шум, юноша приветливо улыбнулся Анатолию, они были хорошо знакомы.
– С приездом, – не отвлекаясь от работы, произнес компьютерщик, его пальцы, как акробаты на арене цирка, легко бегали по клавиатуре.
– Спасибо, – ответил Сафин. В это время принтер выплюнул лист бумаги с ровными строчками текста.
– Это вам.
На листке была подробная инструкция поведения журналиста на ближайшую неделю. Будучи педантом, Тимур описал все до мельчайших деталей. Хотя ничего особенного и главное – сложного в инструкции не было. Объехать несколько военных гарнизонов в Грозном, Шали, Бамуте, сделать парочку репортажей о бойцах и командирах. Особое внимание уделить сводному отряду морской пехоты Северного флота. Все…
Прочитав инструкцию дважды, чтобы ничего не упустить, Анатолий смял листок и хотел его засунуть в карман. Но хозяйка квартиры показала на стол, на котором стояла большая металлическая пепельница со встроенной зажигалкой.
– Сожгите, – приказала женщина.
– Да там нет ничего секретного, – пытался отшутиться Сафин, но чеченка не приняла его манеру общения.
– Сожгите, таков порядок, – настойчиво повторила она.
– Без проблем, – Анатолий поднес листок к пепельнице, щелкнул зажигалкой и, когда бумага загорелась, бросил ее в пепельницу.
– У вас усталый вид. Может, кофе? – внимательно глядя на гостя, спросила женщина.
– Да, – кивнул Анатолий. И добавил: – В вагоне подобралась веселая компания, погудели на славу. К тому же проводница попалась – персик. В общем, вымотался…
Женщина молча вышла из комнаты. Вернулась минут через пять, держа перед собой на круглом подносе небольшую чашку с густым, ароматным кофе и граненый стакан, паполовину наполненный темно-коричневой жидкостью.
– Сначала выпейте это, – сказала женщина, кивком головы указывая на стакан. – Это коньяк, натуральный чеченский. После него станет легче.
Сафин, понимающе кивнув и отставив мизинец, поднес стакан ко рту. В несколько глотков он проглотил терпкий, ароматный напиток. И сразу же из глубин желудка горячая волна понеслась вверх – к лицу, щеки запылали, в глазах появился блеск.