Крюгер с трудом удержался от ответной исповеди — Господин генерал-губернатор! Боюсь, что это вовсе не поляки. Слишком профессионально все исполнено. На высшем уровне.
— Что это значит? Если не поляки, то кто это?
— Вполне возможно, что в наших тылах резвится русский ОСНАЗ. Так называются у русских спецподразделения, созданные для диверсий и разведки как раз в тылах противника. Вполне возможно, что русские диверсанты прекрасно говорят по-немецки и используют форму Вермахта. Взять то же хранилище горючего — Мало того, что его охраняла целая рота пехоты, с воздуха прикрытие обеспечивали аж два десятка зенитных орудий, а по периметру стоят доты! Пробраться к резервуарам ночью не смогли бы никакие бывшие военнослужащие Польши. Однако диверсанты видели будто кроты и спокойно смогли пробраться внутрь, запустить насосы, с помощью которых диверсанты смогли залить всю территорию базы бензином. Когда до солдат в ДОТах ветер донес запах бензина и они решили проверить в чем дело, на охраняемом периметре остались только трупы часовых. Затем все взлетело на воздух. Единственный выживший с ожогами лейтенант, который, поняв опасность, ринулся было в один из ДОТов, в котором была телефонная связь с батальоном охраны, но на пороге укрытия его достала взрывная волна. Наше расследование пришло к выводу, что даже успей лейтенант укрыться в ДОТе, он бы не смог вызвать помощь — линия была перерезана в нескольких местах. Взрыв хранилища произошел практически сразу после уничтожения станции. Вероятно подрыв произвели дистанционно с помощью радиосигнала. Я считаю, что диверсанты, выполнив свою задачу, уже возвращаются обратно, вполне возможно, что они уже на советской стороне. Я допускаю, что их мобильность обусловлена захватом нашей техники. До границы буквально рукой подать.
Генерал-губернатор помолчал, осмысливая информацию и затем задал вопрос — Неужели диверсанты не оставили никаких следов?
— Места их лежек неподалеку от станции и около бензохранилища диверсанты щедро посыпали смесью табака и острого перца, все собаки, которых привлекли к поискам, получили ожоги слизистой оболочки, хорошо, если они насовсем не лишились обаяния и смогут работать через несколько недель. А вот маршрут, которым диверсанты прошли к станции Белу-Подляске. — видя заинтересованный взгляд Франка, генерал ткнул в карту — В пяти километрах от границы гаубичный полк потерял почти всех своих солдат. Взорвались оба хранилища снарядов к орудиям. Как это произошло нам неизвестно. Наверняка свои подарки оставили русские диверсанты. Часть орудий пришли в негодность, произошла детонация сложенных около гаубиц ящиков со снарядами. Как раз их готовили к стрельбе и вопреки уставу додумались во избежание потери времени на подтаскивание снарядов сложить запас боеприпасов. В общем, все просто ужасно. Одна диверсионная группа по сути сорвала наступление. Из резерва срочно отправили еще один полк гаубиц для замены уничтоженного. Мои люди одного не могут понять — как русские смогли пробраться даже до этой батареи, не говоря уже о дальнейшем. Мои сотрудники уверяют, что это просто невозможно. Или возможно только в том случае, если русские видели ночью как днем, они так мастерски обходили все встречающиеся у них на пути военные части и даже секреты, что мы им присвоили название «Призраки».