- Смотрите, - заорала Ленка, - птица!
Высоко в небе парила большая белая птица – почти полная иллюзия земного приморского пейзажа. Но я не спешил разделить восторг сестры, помня, что здесь с минуты на минуту могут объявиться наши преследователи.
Подогнав модуль к самой кромке прибрежных скал, я раскрыл купол. Лёгкие сразу же наполнились свежим морским воздухом. Свежим настолько, что голова закружилась.
- Красота! – вырвалось у Пауля. – Какой воздух – хоть ешь, хоть пей. Вдохнул и уже сыт.
- А, давайте, останемся здесь? – вновь оседлал свою любимую лошадку Янек. – Будет наша планета, собственная. Назовём её… - он задумался, - Хеленой!
Ого, как у него всё запущено! Он уже Ленкиным именем целые планеты называет! Хотел я вмешаться, но меня опередил Шади:
- Ян, вообще-то этой планете уже дали имя того, кто её открыл, - он так злорадно усмехнулся, что я сразу же заподозрил неладное. Оказывается, не зря заподозрил.
- Как её зовут? – напрягся Ян. – Кто её открыл?
Шади на всякий случай отполз настолько, насколько ему позволяло пространство – недалеко и выпалил:
- Капитан Космопола Эжен ла Пьер!
Янек ругался долго и красочно, не повторился ни разу. Его мятежная душа никак не могла принять тот факт, что такая замечательная планета названа именем его врага. Ян усмотрел в этом насмешку судьбы.
- Так, Робинзон, - напомнила о себе Ленка, - здесь мы останемся только до тех пор, пока у нас не появится возможность свалить домой. Мальчики, пора выбираться. Ищите, где спрячем модуль и где схоронимся сами. Всё, выбираемся! Чует моё сердце – скоро здесь появятся гости.
Напоминание о преследователях вернуло нас в реальность. Ленка права, времени у нас нет, почти не осталось.
Мы разместились в небольшой пещере у самой кромки моря. Ругаясь, кто во что горазд втащили туда же наш искалеченный модуль и замерли, вглядываясь в чужое небо. У нас ещё оставалась надежда, что нам, всё-таки, удалось оторваться от преследователей. Ага, как же, размечтались!
Первым переливающийся, разноцветный пузырь заметил Янек. Он ткнул пальцем в небо и зарычал:
- Оно, вон, смотрите. Оно уже здесь. Эх, выманить бы их из корабля, я бы поговорил с ними от души!
«Поговорить от души» в его устах звучало угрожающе. Да чего там, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, на какие «задушевные» разговоры настроен наш костолом. Вот только ему почему-то в голову не приходит, что те, кто находится в радужном пузыре, могут оказаться гораздо сильнее и страшнее его. Что им он не сможет переломать все кости и «засунуть в задницу лучемёт», как он любит обещать в особо напряжённых ситуациях.
А дальше нам пришлось испытать очередное потрясение. Из «мыльного пузыря» выпорхнула, словно райская птичка, точная копия нашей «Гаруды»! Я не верил своим глазам. Попытался отыскать десять отличий, но так и не смог. В какой-то страшный миг я даже подумал, что эти твари выловили со дна нашу яхту и наглым образом присвоили.
- «Гаруда», - простонал Пауль, - наша «Гаруда» у них. Как мы домой-то вернёмся, парни? И кто мне скажет, как они определили, куда мы рванули?
Радужный пузырь ещё немного повисел в небе, словно дразня нас, и исчез, как будто его и не было. А вот копия нашей «птички» осталась и решительно рванула в сторону берега.
- Ясно, будут искать наш корабль, - грустно констатировал Эмиль.
- А мы их подкараулим и шеи посворачиваем, - пообещал Янек.
- Если у них есть шеи, - всё так же меланхолично ответил бортинженер, - кто его знает, какой зверь прячется внутри.
Глава 4
Глава 4
Самое страшное, что есть в жизни – это неизвестность. Она изматывает так, что порой проще рискнуть жизнью, чем терзаться в сомнениях. Я буквально кожей чувствовал, как пещеру заполняют мутные потоки страха. Янек, который никогда и ничего не боялся, тем не менее, тоже изнывал от тоски, мысленно сражался с пришельцами и, конечно же, одерживал сокрушительные победы.