Муж Сары к тому времени был найден мертвым. Право опеки над своим сыном, вплоть до достижения совершеннолетия, Рональд, минуя иных родственников, передал своему дяде по материнской линии, Полу Майеру.
Во время первой встречи в больнице, Пол долго смотрел на мальчика и, тяжело вздохнув, произнес:
«Троюродные братья Рональда настаивают на анализе ДНК, чтобы подтвердить твое родство с моим племянником. Мне глубоко безразлично, какое отношение ты на самом деле имеешь к Рональду. Ты в любом случае будешь его сыном. Мы не можем потерять майорат.»
Ник, которому было так же все равно, что с ним будет дальше, стал жить вместе с Майером и его дочерью Лорой. Больше года он не произносил ни одного слова. Врачи серьезно опасались за психику ребенка и посоветовали Майеру на время увезти мальчика из Англии. Пол послушался и увез семью во Францию. Ему и повезло и не повезло. Николас относительно пришел в себя, зато Лора встретила Савву, влюбилась и, вопреки желанию отца, вышла за него замуж. Родилась Полина. Шли годы. Лора становилась востребованной певицей. Ее участие в постановках стало гарантом успеха.
Николас, который к тому времени уже вступил в права наследства, не оставлял попыток разыскать убийцу Сары. На одном из приемов, куда он иногда выезжал вместе с Полом, одна из приглашенных дам посетовала на внезапную кончину оперной певицы, покончившей с собой перед премьерой. "У нее вся жизнь была впереди. Ее предупреждали о призраке, но она и слушать не хотела. Как и многие до нее. Ах, простите. Я так бестактна. Ведь и бедная Сара погибла накануне премьеры."
Дама была не бестактна, а жадна до сплетен. Однако, сама того не ведая, подсказала ему, что следует искать. Когда Лора упомянула о намерении исполнять партию Лорелеи и о призраке оперы, Николас, без объяснения причины, потребовал, чтобы она оставила эту затею. Та обиделась и перестала отвечать на его звонки. Так же безразлично отнесся к его предупреждению и Рижский. Тогда Николас сорвался с места и помчался в Питер. Как раз успел на похороны Лоры. Там же он впервые заметил своего давно потерянного кузена, заметил и снова потерял. До недавнего времени.
*****
- Это просто фантастика. – Женька кружилась по своей комнате в обнимку с большим плюшевым медведем. – Мы едем в Англию! Нет, девицы, жизнь определенно удалась. – Наше дитя подземелий плюхнулось на кровать и в припадке радости задрыгало ногами. – Мне такое и не снилось!
- Поль, а ты с отцом все вопросы уладила? – осведомилась Ольга. – Он не возражает?
Не успела я открыть рот для ответа, как меня перебила, перевернувшаяся на живот, Евгения.
- Ха! Пусть попробует возразить. Мы на него мистера Фрейзера спустим. Ну, чтоб от него хоть какая – то польза была.
- Женька! – Ольга ахнула. – Как ты можешь так говорить о приличном человеке?
- А что? – тут же оскорбилась Тихомирова. – Ходит, ходит, зудит, как осенняя муха. Куда Поль, туда и он. Добро бы любовь была большая. А то – соображения безопасности! Тьфу! – Женька от полноты чувств плюнула прямо на подарочного медведя. – Ой, Тошенька, прости меня.
Тихомирова принялась вытирать плюшевую морду.
- Так ему и надо! - я вытянула ноги и откинула голову на спинку кресла. – Кстати, ты с ним после неудавшейся свадьбы не созванивалась?
- Не-а, - Тихомирова покачала головой.
- Алекс мне по большому секрету сообщил, что Антон в Москве, – внезапно выдала Кирова.
- И ты молчала! – оскорблено возопила Евгения. - Вот сообщила бы сразу, мы бы уже знали, когда он прибыл, зачем и на сколько.
- Он еще сказал, что этот Антон скользкий человек, – продолжила Ольга, – и нам надо быть осторожными. – Кирова перевела взгляд на меня. – Особенно тебе, Поль.
- Чушь это! - я резко встала. – Я его знаю сто лет. И за все время не видела ничего плохого.
- Да? А то что он с твоим Фрейзером драться кинулся, это тоже хорошо? – поинтересовалась Женька.
- Во-первых, Фрейзер не мой, – глубоко вдохнув, начала я. – Во-вторых, их взаимоотношения меня не касаются. В-третьих, Антон, скорее всего, приехал по распоряжению Саввы. Я не верю, чтобы он был способен на что-то ужасное.