— Давай платье, я донесу, — радостно произнёс он, забирая у меня с рук реквизит.
— Привет. Ну как, волнуешься? — поинтересовалась я.
— Да нет, привык уже. Волновался только первые пару-тройку раз, когда ты меня притащила на кастинг и мне дали первую роль, потом привык. Хотя, знаешь, когда у зрителей срабатывает мелодия на телефоне, особенно когда какая-то весёлая или песня известная, я до сих пор могу тупить и забыть текст.
— Ага, я тоже не люблю такую аудиторию. Ведь говорят же, предупреждают, просят: отключите звук, неужели так сложно?
— На прошлом выступлении у какого-то дедушки звонил WhatsApp, и он понятия не имел, как выключить звук, так ему ещё и ползала громко поясняли, как это сделать.
— Я помню, это было ужасно, — так мы разговаривали, пока не дошли до дверей театра. До начала выступления было около полутора часов, чего с головой хватило бы для подготовки сцены, нарядов и даже чашки горячего чая, так как отопление включали в театре только к приходу гостей, и, естественно, залы с пятиметровыми потолками просто не успевали прогреваться. Мой же наряд состоял из тонкого ажурного платья с покроем без рукавов, поэтому всё время между выходами на сцену я надевала пуховик и мечтала о том, как вскоре окажусь дома под горячим душем. Этот факт играл немаловажную роль и в усилиях на сцене, ведь чем выше прыгаешь, чем резче движения — тем теплее. Поэтому мой персонаж тихой и застенчивой подруги главной героини приобретал образ скорее весёлой и подвижной знакомой. Это, конечно, отчасти шутка. Я всегда чётко следовала сценарию, не отвлекалась на крики из зала, стараясь полностью погружаться в роль.
Прямо перед входом в театр лестницу преграждал тщательно отполированный седан. В марках я не сильно разбиралась, но даже невооружённым взглядом было заметно, что машина стоит очень дорого. Такие авто были не редкостью в нашем спальном, жутко отдаленном от центра районе. Всё дело в том, что жилмассив выходил к реке, и сразу по окончании вереницы советских многоэтажек начинались элитные частные постройки, чьи участки выходили прямо к кромке воды. ДК, где проходили наши спектакли, располагался недалеко от пляжа и набережной, куда нередко заезжала местная элита, чтобы поужинать с видом на речной закат или выгулять в парке своих модно одетых собачек. Естественно, такой контингент не заглядывал в наш театр и никогда бы не купил билеты на подобные выступления, но их наглость и вера в то, что они короли жизни, иногда напрягала даже на стороне. Вот и сейчас какой-то мажор припарковался прямо перед входом. Никакого уведомления о штрафе на его лобовом стекле не было. А вот если бы мой дядя так поставил свою старенькую «Шкоду», однозначно схлопотал бы парочку «билетов счастья».
— Вот же козлы, — заметил Гриша, пытаясь протиснуться между багажником авто и пластмассовым столбиком. Дело в том, что три двери Дома культуры были ограждены лентой из-за угрозы обвала старинных архитектурных элементов с верха колонн, и единственный проход в здание был заблокирован чёрным авто.
— Да уж, — согласилась я.
— Всё бы высказал тому идиоту, если бы он тут стоял…
Когда я вышла на сцену, то поняла, что сегодня аншлаг. Зал был заполнен почти на три четверти, и от этого запал стал только больше, невольно я улыбнулась. Пока ведущий озвучивал всех персонажей, можно было внимательно разглядеть публику, так как во время своих сцен я стараюсь не смотреть в зал, да и софиты не позволяют. На третьем ряду сидела весьма колоритная пара — мужчина лет восьмидесяти в чёрном цилиндре (подумать только) с выбивающимися из-под него седыми кудрями, доходящими до плеч. Женщина, которая держала его за руку, была не моложе его самого, с выкрашенной в ярко-оранжевый цвет шевелюрой. Её плечи покрывала лисья мантия, такую носила когда-то моя бабушка. Рядом сидела женщина с двумя детьми, которые перебрасывались мячиком-антистрессом, не проявляя интереса к сцене, зато их мать смотрела на главную актрису заворожённым взглядом. На первом ряду сидел депутат горсовета от нашего района с женой. До своей политической карьеры он возглавлял главное металлургическое предприятие нашего района, а после перехода на госдолжность его место «неожиданно» занял его сын. Конечно, у чиновника было немало средств, чтобы ходить в именитые столичные театры, и я уверена, что он это делал, но, будучи мужчиной старой закалки, он сердечно поддерживал искусство своего района и не пропускал спектаклей. Пока я разглядывала жену чиновника, вернее, её очередное шикарное платье, да и в целом образ, я уловила на себе чей-то пристальный взгляд, от которого мои щёки начали гореть и, однозначно, покрываться заметным румянцем. Рядом с депутатом сидел какой-то парень и в упор смотрел прямо на меня. Будто не видел на сцене больше никого, хотя сейчас тут стояло по меньшей мере тридцать человек. Красивый, стильный, видно, что обеспеченный и уверенный в себе. Интересно, что такие персонажи здесь делают? От смущения я быстро перевела взгляд на другую часть зала, а вскоре назвали мою героиню, и я ушла за кулисы.