— Маш, я сам, ладно? — остановил я её, больше утвердительным тоном, чем вопросительным.
Она немного помолчала.
— Ты лучший, знаешь? — сказала она вдруг, глядя на меня через стол.
— Это ты лучшая, — ответил я, улыбнувшись. — Но если ещё раз увижу тебя в девять вечера на полу с бумагами, привяжу к дивану.
— Попробуй, — подмигнула она, и мы оба рассмеялись.
— И я надеюсь, вопрос с твоим переездом и съёмом квартиры закрыт? — добавил я.
— Ну если ты согласен разделить со мной свою спальню, то да, — сказала она, присаживаясь мне на колени и целуя.
— Я готов не выходить с тобой со своей спальни никогда.
Глава 18. Маша. Равновесие счастья
«Счастье — это когда твоя жизнь — как сцена, где каждая роль тебе по душе.»
— Оскар Уайльд
Я проснулась и долго лежала в кровати, любуясь лицом Никиты. Его ресницы подрагивали во сне, и я не могла поверить в своё счастье. Мне было с ним так хорошо, так спокойно. Я всё же не удержалась и, аккуратно встав с кровати, пошла на кухню колдовать над каким-то перекусом. Мне не было в тягость ни заваривать ему кофе с утра, ни что-то другое. Это были мелочи, но я знала, что они его радуют, и от этого внутри разливалось тепло. Кажется, я влюбилась так сильно, что уже не могла представить свою жизнь без него — без его взгляда, голоса, без того, как он хмурит брови, когда думает о чём-то важном. Но работа… работа была для меня не просто делом. Ник дал мне шанс, который я не могла упустить, и я хотела доказать — прежде всего себе, — что способна на большее. Управлять его рестораном, держать всё под контролем, разбираться в тонкостях — это был вызов, который я приняла с жадностью.
Утром он поехал со мной в ресторан, хотя я знала, что у него своих дел полно. Мы вместе проверили новую партию специй, которую привезли для кухни, — Ник показал, как отличить качественный шафран от подделки, и я запомнила, что настоящий должен оставлять лёгкий золотистый след на пальцах. Потом он помог мне разобраться с системой учёта заказов, подсказал, как оптимизировать работу официантов, чтобы не было накладок перед банкетом. Я ловила каждое его слово, чувствуя, как растёт моя уверенность.
— Вечером встречаюсь с Владом и Марком, — сказал он, когда мы сидели в кабинете за чашкой кофе. — Друзья давно звали, посидим пару часов, но задерживаться не буду. Ты как, справишься тут одна?
— Конечно, — кивнула я, улыбнувшись. — У меня вечером репетиция, так что тоже буду занята. Заодно с Гришей поговорю, давно не виделись.
Он кивнул, но я заметила, как на миг его взгляд стал чуть острее. Ник никогда не говорил этого вслух, но я чувствовала, что Гриша — мой друг детства — иногда вызывал у него лёгкую тень беспокойства. Но он молчал, уважал моё прошлое, мою свободу и я ценила это больше всего. Ну не переставать же мне общаться с Гришей вот так резко? Ведь столько лет мы были очень близкими людьми.
День пролетел быстро. Я осталась в ресторане одна (ну как одна, в смысле Ник уехал), проверила запасы продуктов, договорилась с барменом о новом коктейле для меню, даже успела обсудить с шефом, как лучше подать десерт на банкете, чтобы он выглядел эффектно. К вечеру, когда часть команды уже разошлась, я поехала в театр. Репетиция прошла на одном дыхании — я выложилась в сцене с монологом, чувствуя, как напряжение дня растворяется в каждом слове. После Гриша настоял, что поедет со мной до центра, проводит до квартиры. Но когда мы вышли из автобуса, решили посидеть на лавочке в парке. Ночь была тёплой, воздух пах свежей травой и каким-то цветом — видимо, уже начинали распускаться абрикосы. Я наконец решилась выложить ему всё.
— Гриш, я теперь управляю рестораном, — начала я, глядя, как он лениво жуёт травинку, сорванную с газона. — Ник дал мне эту работу. И ещё… я живу у него.
Я рассказала ему всю свою историю последних дней. Он замер, повернулся ко мне, и его брови поползли вверх.
— Серьёзно? Ты и Ник? Это тот, который вчера был на репетиции? — спросил он, прищурившись.
— Да, он, — кивнула я. — Всё как-то быстро закрутилось. Но я не хотела, чтобы ты узнал от кого-то другого. Ты же мой лучший друг, не хочу, чтобы ты думал, будто я что-то скрываю.
Гриша улыбнулся — открыто, как умел только он, и хлопнул меня по плечу.
— Маш, да я рад за тебя! Ты же всегда хотела чего-то такого — чтобы самой рулить, чтобы дело горело в руках. А Ник… он нормальный мужик, сразу видно. Только скажи, если что не так пойдёт, я ему быстро объясню, как с тобой обращаться.
Я рассмеялась, чувствуя, как тепло разливается в груди.
— Объяснишь, конечно. Но он правда хороший, Гриш. Я с ним… счастлива. И работа эта — она моя, понимаешь? Хочу доказать, что могу.