Спектакль этот мы играли уже в четвёртый раз, поэтому, даже путаясь в длинных диалогах, мы выкручивались, подбирая нужные фразы, смеялись и задорили публику. Как и в другие разы, я не смотрела в зал и старалась не отвлекаться на мелодии смартфонов, перешёптывания зрителей из первых рядов, плач детей. А вот Гришу это здорово бесило, о чём он не раз мне говорил, как только мы оказывались за кулисами.
Когда всех позвали на сцену, чтобы назвать имена актёров, аудитория взорвалась аплодисментами. Сегодня моя тётя и дядя Слава, наверное, впервые не смогли прийти на выступление, а у Антона была рабочая смена, поэтому цветы мне вручил только… тот самый парень из первого ряда. Где он их взял? Когда я увидела его в начале, никакого букета в его руках не было. Сейчас же я вдыхала аромат потрясающих белых роз. Я не сразу смогла оценить его размер, сосчитать количество бутонов, но поняла, что таких шикарных композиций мне ещё никто не вручал. После спектакля все актёры традиционно оставались на банкет, но я решила пораньше пойти домой, чтобы отогреться и выспаться, так как завтра у меня была утренняя смена в кофейне, а значит, подъём в пять тридцать, чтобы к восьми утра уже открывать двери кафетерия в центре города, до которого было добираться не менее полутора часов. Гриша сразу взялся меня провожать, но я видела, как ему хочется пропустить пару рюмок с коллективом, и уговорила его остаться, ссылаясь на то, что до дома всего десять минут ходьбы. После двадцати раз переспрашиваний: не обижусь ли я и не хочу ли задержаться, он всё-таки чмокнул меня в щёку и отправил домой. При выходе из здания чёрной машины уже не было, но, чуть подняв голову, я увидела её немного дальше, припаркованной у высоких сосен, а возле неё, облокотившись на капот, стоял тот самый парень из первого ряда, который вручил мне букет, который я сейчас совершенно некстати несла в руках…
Глава 2. Маша. После занавеса
«Свобода начинается там, где ты перестаёшь бояться сказать «нет».»
— Пауло Коэльо
Парень плавными движениями двинулся ко мне, что поставило меня в очень неловкое положение. Быстро зашагать прочь было некрасиво, но и разговаривать с мажором не особо хотелось. Что ему может быть нужно?
— Привет, меня зовут Никита. — Его тело было расслабленным, на губах мелькала лёгкая ухмылка. Я же, наоборот, сжалась от нервов, будто стояла на собеседовании перед работодателем. Несколько секунд молчала, потом поняла нелепость своих действий и постаралась как можно спокойнее ответить:
— Спасибо за цветы, надеюсь, это дань моему таланту, а не что-нибудь другое.
— Да, Маша, играла ты здорово, я восхищён. Артисты даже на большой сцене иногда подают себя хуже.
— Что ж, спасибо за комплимент, мне лестно, что Вы запомнили даже моё имя. Велкам на другие спектакли.
Его лицо опять озарила лёгкая улыбка:
— У вас же даже афиши нет, как я узнаю график мероприятий? Может, обменяемся телефонами? Так ты могла бы предупреждать меня. И да, давай на «ты», мы же не пенсионеры какие-то.
— Ну уж нет. Телефон свой малознакомым людям я не даю и, извини, мне пора домой, — отчеканила я и собиралась уже пройти мимо, но он внезапно перехватил мою свободную от букета руку.
— Постой, может, тебя подвезти?
— За кого ты меня принимаешь? Думаешь, если мажор, купил букет, то это даёт тебе право наглеть? Или того лучше — затянуть примитивную актрисульку в койку и на следующий день забыть, как её зовут? — вспыхнула я. — Знаю я таких, как ты, пусти! — Я не понимала отчего, но мне больше всего на свете в тот момент хотелось защитить своё личное пространство. Он не был мне неприятен, но я отдавала себе отчёт, что в голове у таких парней.
— Фу, какие слова, «примитивная актрисулька». Ты серьёзно? Это ты, между прочим, о себе. Как других заставишь себя уважать, если сама себя не уважаешь? — спросил он, пронзительно изучая моё лицо.