— Что? — я замерла. — Как это?
— Меня пригласили в другой город, в театр покруче, — пояснил он, глядя в чашку. — И не просто так. Я… женюсь.
Я открыла рот, но не нашла слов. Гриша, мой простой, как двери, Гриша, женится? И до этого ни единого намёка на отношения?
— Серьёзно? — наконец выдохнула я. — Когда это ты успел?
— Всё быстро закрутилось, — признался он, почесав затылок. — Её зовут Катя, она актриса из того театра. Мы познакомились на фестивале пару месяцев назад, помнишь, ты ещё не захотела со мной поехать? И… это было как удар током. Страсть, Маш, такая, что я сам не ожидал. Просто не успел тебе рассказать — ты вечно занята, с репетиций убегаешь, даже не попрощавшись иногда. Я звонил, а ты переносила встречи.
— Прости, — сказала я, чувствуя укол вины. — У меня правда сумасшедший график. Но я рада за тебя, Гриш. Это же… вау. Когда свадьба?
— Я планирую успеть до конца лета, однако невеста ещё не знает, — ответил он. — Я уезжаю через неделю и это тоже для нее станет приятным сюрпризом. Она и сама была готова ради меня переехать сюда, но все же зарплаты там в разы выше и это было бы нерациональным решением. Поэтому рискну я. Но вот насчет свадьбы … я волнуюсь, как делать предложение. Хочу, чтобы всё было красиво. Потренируешься со мной?
— Конечно, — кивнула я, улыбнувшись. — Давай.
Он вдруг соскользнул со стула, встал на одно колено прямо посреди кафе и буркнул:
— Так случилось, что со дня нашей первой встречи я стал сам не свой, не могу прожить ни минуты без твоей улыбки, твоего взгляда. Между нами были расстояния, рабочие перепоны, но я сделаю все, что быть ближе к тебе, рядом с тобой. Маша, выходи за меня?
Я рассмеялась, входя в роль.
— Да, Гриша, конечно, да! … Только…не Маша, а Катерина, ведь, — намного тише и смущеннее добавила я.
Он ударил себя ладонью по лбу, раздосадованный тем, что перепутал имя, но все же собрался, надел кольцо мне на палец, с трудом — видимо, девушка была ещё стройнее меня. И тут он, неожиданно даже для себя, подался вперёд и поцеловал меня — быстро, но крепко, прямо в губы. Я отпрянула, хлопнув его по плечу.
— Эй, ты чего? — воскликнула я, вытирая рот. — Это уже перебор!
— Прости, — он покраснел, садясь обратно. — Увлёкся. Вошёл в роль, как ты учила. Ничего такого, Маш, честно.
Я покачала головой, но не стала злиться. Гриша был искренним, как ребёнок, и я знала, что он не думал ничего дурного. Просто его переполняли эмоции. Мы посидели ещё немного, он рассказал про Катю — как она часто смешит его, как играет на сцене, владеет несколькими музыкальными инструментами и очень любит путешествовать, — и я видела, что он счастлив. Когда я уходила, он обнял меня на прощание, и я пообещала приехать на свадьбу.
Нику я решила ничего не говорить, по крайней мере сегодня. Это была случайная встреча, я не планировала её заранее, и не хотела, чтобы он подумал, будто я что-то скрываю. Между нами всё было так тепло, так чисто — я любила его больше жизни, и мне не нужны были лишние тени. Я села в машину, глянула на часы — без пятнадцати восемь. Пора было ехать к нему. Я завела мотор и поехала на стройку, чувствуя, как внутри смешиваются волнение за завтрашний банкет и радость за Гришу. Жизнь крутилась, как колесо, и я была готова к любым поворотам — с Ником рядом я ничего не боялась. Если бы Гриша сказал мне про свои отношения с Катей полгода назад, то я, видимо, очень сильно расстроилась бы, что он уезжает, но сейчас отпускала его легко.
Глава 25. Никита. Разрыв
«Любовь умирает не от удара, а от тишины, в которой прячется правда.»
— Габриэль Гарсиа Маркес
Я закончил на стройке раньше, чем планировал. Рабочие уложились с монтажом стеклопакетов быстрее, чем обещали, и я решил не дёргать Машу, чтобы она не мчалась раньше времени. До восьми оставалось больше часа, а я был выжат — весь день спорил с прорабом о сроках, проверял чертежи, и кофе казался единственным спасением. Небольшое кафе на пару столиков было в двух шагах от стройки, и я пошёл туда, мечтая о минуте покоя, чтобы просто выдохнуть.
Но покой разнесло в щепки, едва я подошёл к дверям. Сквозь стекло я увидел её — Машу. Она сидела у окна, напротив Гриши, этого долговязого прилипалы, который всегда был рядом с ней. Они не могли видеть меня, потому что оба сидели спиной к улице. Сначала хотел войти, поздороваться, но смутило то, что она не предупреждала меня об этой беседе. Может, случайная встреча? Я притормозил у входа, хотя уже успел приоткрыть двери заведения. И тут он встал на одно колено. Прямо посреди кафе, как в какой-то чёртовой мелодраме, и я услышал — даже через шум в ушах, даже через гул крови в голове — как он говорит: «Маша, выходи за меня?» А она, моя Маша, смеётся, кивает и отвечает: «Да, Гриша, конечно, да!» И потом он целует её. В губы, крепко, с какой-то наглой уверенностью, а она не отталкивает его сразу — секунда, две, три, и только потом смеётся и хлопает его по плечу.