Когда мы вышли из ресторана, я притянул её к себе под фонарями, вдыхая холодный вечерний воздух, и поцеловал — долго, нежно, чувствуя, как благодарность переполняет меня.
— Ты лучшая, Маш, — шепнул я, глядя ей в глаза. — Я не ожидал. Спасибо тебе. За них, за нас, за всё.
— Я хотела, чтобы у нас всё было правильно, Никит, — ответила она, улыбаясь, её голос был мягким, но сильным. — Ты моя жизнь. И они тоже.
Я обнял её, прижимая к себе, чувствуя, как её тепло смешивается с моим. Она была моей гордостью, моей любовью, моим всем. И я знал: с ней я готов на всё.
Глава 52. Свадьба
«Любовь — это когда ты становишься его женой, а он — твоим миром, и ночь сжигает вас обоих.»
— Габриэль Гарсиа Маркес
Свадьба была как сон — такой, что я боялась открыть глаза и понять, что это лишь иллюзия. Утро началось с суеты: стилисты вились вокруг меня, укладывая волосы в мягкие волны, подкалывая их тонкими шпильками с жемчугом, а платье — белое, с длинным шлейфом и кружевом на плечах — сидело на мне, как вторая кожа. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя — глаза сияли, щёки розовели, и я чувствовала себя живой, настоящей, любимой. Никита ждал меня внизу, в зале, и я знала: он будет в чёрном костюме, с той самой улыбкой, от которой у меня до сих пор дрожали колени.
Когда я спустилась, зал утопал в белых лилиях — их аромат был повсюду, сладкий, пьянящий, смешиваясь с запахом свежесрезанных роз и тонким шлейфом шампанского. Музыканты настраивали скрипки, и их первые ноты — нежные, тягучие — поплыли по воздуху, как шёлк. Гостей было немного, но все самые близкие: Гриша, мой друг детства, приехал с женой Катей — он обнял меня так крепко, что я чуть не задохнулась, а Катя шепнула: «Ты красавица, Маш». Влад и Марк, друзья Никиты, хлопали его по плечам, смеялись, подначивали, что он теперь «женатик». Тётя Варя, моя единственная родственница, вытирала слёзы платком, а дядя Слава рядом с ней улыбался, повторяя: «Ну наконец-то, девочка моя». Антон пришёл со своей новой девушкой — высокой брюнеткой с острыми скулами, а Сонечка, в ярко-красном платье, бегала с бокалом, командуя официантами.
Церемония была короткой, но я запомнила каждую секунду: голос Никиты, когда он сказал «да», его руки, сжимающие мои, и кольцо, что он надел мне на палец — то самое, с маленьким камнем, что я уже носила с того дня в санатории. Гости аплодировали, скрипки играли что-то торжественное, и я чувствовала, как слёзы жгут глаза, но я улыбалась — широко, счастливо, не сдерживаясь.
Потом был банкет. Столы ломились от еды: запечённый лосось с лимонным соусом, тарталетки с икрой, кремовые десерты с ягодами, что таяли во рту. Оформление поражало — белые скатерти, хрустальные бокалы, свечи в высоких подсвечниках, от которых свет дрожал на стенах. Лилии стояли в вазах, их аромат кружил голову, и я ловила взгляды гостей — все улыбались, поднимали тосты. Гриша встал с бокалом, его голос гремел на весь зал:
— Машка, я знал тебя мелкой, с косичками и вечно в синяках от велосипедов. А теперь ты — невеста, да ещё какая! Никита, береги её, она у нас боец, но сердце у неё золотое. За вас!
Катя рядом с ним кивнула, добавила тихо: «Вы созданы друг для друга». Влад и Марк подхватили, крикнули: «Горько!», и Никита, смеясь, притянул меня к себе, поцеловал — долго, нежно, под аплодисменты и звон бокалов.
В какой-то момент я осталась наедине с Антоном — он подошёл, пока я брала бокал с водой у стойки. Его девушка отошла к столу, и он неловко кашлянул, глядя в пол.
— Маш, — начал он, голос был тихим, но искренним. — Я хотел сказать… прости меня. За то, как вёл себя тогда, за все эти глупости. Я был придурком, а ты… ты не рассказала тёте Варе, хотя могла бы. Спасибо тебе.
Я посмотрела на него, чувствуя, как старые обиды давно растворились.
— Антон, я не сержусь, — сказала я мягко. — Это в прошлом. И знаешь, если бы не ты, не то, что тогда случилось, я бы не сбежала. Не оказалась бы у Никиты. Так что… может, это судьба.
Он кивнул, улыбнулся криво, но с облегчением.
— Ты молодец, Маш. Счастья вам с ним.
— Спасибо, — ответила я, и он ушёл к своей девушке, а я осталась стоять, чувствуя, как тепло разливается внутри. Он был прав — всё, что было, привело меня сюда, к Никите.
Свадьба была шикарной — волшебной, как в сказке. Музыканты играли до позднего вечера, гости танцевали, смеялись, а мы с Никитой то и дело ловили взгляды друг друга. Я видела, как он гордится мной, как светится от счастья, и это делало меня живой. Мы планировали устроить небольшой праздник и для персонала — через пару недель, когда вернёмся из поездки, чтобы отблагодарить их за всё. Но пока мы были здесь, в этом моменте, и я не хотела, чтобы он заканчивался.