«Какие группы?» — спросил Мердок. Ему не нравилась идея схватки с безликим врагом. «Кто они?»
«Международная македонская революционная организация — хороший вариант», — сказал Гарретт. ВМРО существует примерно с 1893 года. Сначала они воевали с турками. Потом с сербами. И, как сообщается, от неё есть несколько отколовшихся группировок».
«Европейское медицинское агентство (EMA) — одно из крупнейших, — сказал Пресли. — В последнее время они просто достают всех. Взрывы автомобилей, убийства и всё такое». Мёрдок моргнул. «Европейское медицинское агентство (EMA)?»
«Это греческая аббревиатура фразы, которая переводится как „Объединённая македонская борьба“», — сказал Гарретт. «Мы считаем, что это греческое ответвление славянской ВМРО».
Мёрдок недовольно покачал головой. «Я думал, македонцы — славяне, а не греки. Или я что-то упускаю?»
Коберн рассмеялся. «Сынок, ты только что уловил суть балканской политики. Никакое название не сможет по достоинству оценить эту мешанину сербов, румын, болгар и греков-славян». Он остановился, глубоко вздохнул и начал загибать пальцы. «Не говоря уже об албанцах, греках, турках, хорватах, венграх-мадьярах, греках-православных, македонцах-православных, сербах-православных, мусульманах, католиках, атеистах и, одному Богу известно, о ком ещё, большинство из которых ненавидят всех остальных в округе. В данном случае большинство македонцев — славяне… но есть и множество греков, которые хотели бы видеть Греческую Македонию независимой по той или иной причине».
«Самое худшее во всей этой истории, — продолжал Гарретт, — это количество внешних сил, заинтересованных в балканской политике. Италия готова стать финансовым посредником для развивающихся балканских республик, чем-то вроде Японии в Азии сегодня, и у неё есть корыстные интересы в Триесте, расположенном на Адриатическом побережье. Австрия и Венгрия хотят, чтобы Словения оставалась независимой, а эта независимость окажется под угрозой, если война разгорится. У России, конечно же, есть серьёзные интересы. Югославия была союзником, источником энергии и энергетическим рынком, а также коммунистическим государством, даже если старик Тито никогда не находил общего языка с Кремлём. Кроме того, российские славяне не хотят, чтобы их южнославянские кузены — кстати, Югославия именно это и означает «южные славяне» — не хотят, чтобы ими помыкали».
«Российские ультранационалисты, — сказал Пресли, — говорят о восстановлении социалистического рабочего рая во всём регионе. Они опасаются, что полномасштабная война на Балканах может перекинуться на Молдову, Украину и даже на саму Россию. Кроме того, на Адриатике есть множество прекрасных тёплых портов. Дубровник, Котор, Сплит и все остальные».
«Есть ещё Турция, — сказал Коберн, — которая была бы рада получить повод ввязаться в войну с Грецией, даже несмотря на то, что обе страны являются членами НАТО. В этой игре участвуют буквально десятки игроков, и у каждого из них есть веские причины либо поддержать, либо воспрепятствовать единству Македонии».
«Это похоже на старое клише о балканской пороховой бочке», — сказал Мердок.
«Если вам нравятся штампы, — сказал Коберн, — попробуйте вот это. Похищение Эллен Кингстон — это фитиль, и он сейчас чертовски тухнет. Если вытащить его, мы покончим со всей этой чёртовой кашей».
«Как вы думаете, чего пытаются добиться террористы, кто бы за этим ни стоял?»
«Лейтенант, об этом пока можно только гадать», — сказал Гарретт, улыбаясь сквозь бороду. «Мы, вероятно, не узнаем, пока они не попытаются связаться с нами. Скорее всего, у них будет список политических требований. Ну, знаете, признание США Великой Македонии или что-то в этом роде. Может быть, Вашингтон хочет оказать давление на Афины».
«А потом еще и сценарий Армагеддона», — сказал Пресли.
«Сценарий Армагеддона? Что это?»
«Идея о том, что кто-то, будь то Европейское военное управление, сербы или какая-то другая проклятая кучка недовольных, на самом деле хочет всеобщей войны, что они захватили Кингстон, потому что знали о нашем военном вмешательстве. Видите ли, если бы Болгария, Греция, Турция, Италия, Россия и США, а также большинство других стран Европы оказались втянуты в разрушительную войну, возможно, у них — кем бы «они» ни были — появился бы шанс перебраться туда и стать местными крутыми ребятами».
«В Белграде есть люди, — сказал Гарретт, — которые хвастаются, что Первая мировая война началась на Балканах… и что Третья тоже начнется».