только писал о сегодняшнем дне, но и помогал друзьям, независимо от
окраски «лычек» (говорят, его не раз хотели расстрелять то красные, то
белые). Разные подходы ко времени и к себе могут быть у поэта. Это его
право...
Заслуженная артистка России Н. так однажды образно охарактеризо-
вала впечатление от стихов Михаила Сопина:
- Когда маленький ребенок ступает в холодную воду, ему хочется нож-
ки отдернуть. Но вот он ими немного поболтает, привыкнет... и уже не так
страшно. А для здоровья полезно.
Сборник «Молитвы времени разлома» (2000 год) печатается в част-
ном издательстве за счёт автора в ста экземплярах. Мы раздаём книж-
ки знакомым. Отклик в печати - нулевой, если не считать рецензии
Саши Кучер «Книжка для дураков» величиной с пару спичечных короб-
ков (областная газета «Зеркало»): «...Михаил Сопин забивает послед-
ний гвоздь в гроб российской дурости. Но вся беда в том, что дураки
этого не замечают».
«Концентрация страшная, химически чистая. Сопин верен себе - он,
как патологоанатом, исследует современность. И если предыдущая кни-
га «Обугленные веком» пронизана нежностью и прощанием, то в «Молит-
вах...» автор беспощаден. Веку он вынес приговор, а вот человеку... Чело-
век сам себе вынес:
«Кончается двадцатый век - в крови, в моленьях и надеждах. Стереотипен
человек и жалок в действах и одеждах». «Поэзия? Куда такую? С ней больно
сердцу и уму. Я ничего не публикую, не нужно это никому», - признаётся Со-
пин. От книги холодно. Стужа прозрения сильнее всякой другой.
* * *
Крик взбулгаченных ворон.
Голоса со всех сторон:
«Ты люби, меня, люби,
Луною утомлённая,
Пока водятся рубли,
Пока шуршат зелёные!»
Частушечки. Гармошечки.
Совхозные хиты.
Зашторены окошечки
С утра до темноты.
Заспано. Затравлено.
Нравы таковы:
Российская окраина
Под боком у Москвы.
Жить, как есть, желанья нет.
Умирать не хочется.
В центр бы выправить билет,
Да столица - склочница:
Склочница-притворщица,
128
Брешет и не морщится.
Эх ты, Дума моя, Дума,
День ненастен. Ночь темна.
Воровская, мусорская,
Пролетарская страна.
Умным - рюмочка вина.
Вечным нищим - «знаки»...
Выживают сорняки.
Пропадают злаки.
Девки плавают в вине,
На сосках помада.
Бомж повесился в окне,
Очумев от смрада.
Полу-судьи, полу-урки,
В лицах оволчение -
Демонстрируют придурки
Ополчение.
Что там? Кто там?
Ска-ра-бей нич-ком!
Бородой в гранатомёт...
Мир фугасный
Красным веничком
Чистилище метёт.
* * *
Я - зыбкость сугробов,
Накат раскалённой волны.
Я - детская обувь
На мертвых дорогах войны.
Я - стон измождённых
В застенках,
В рудничной пыли.
Я - вопль не рождённых
В раздавленном
Чреве
Земли.
* * *
Тяжелый подземельный
Смрадный запах
Насилия,
Карболки и войны -
Забитые в бегах
И вагонзаках
Мишени без имён
Погребены.
Не надо поздних клятв
И слёз предвзятых.
В покое обречённом
Все равны -
Усопшие
Рабы
129
Пятидесятых...
Больной,
Блатной
И ссученной страны.
* * *
Продудел полководец
В дуду,
Продудел и забыл
Про беду,
Что погостная тёмная птица
На гнездовье
Домой возвратится.
Пораженье. Победа. Война.
Торжествует,
Гордится страна.
Безымянный
В районе Ростова
Плачет дождь
Девяносто шестого...
ПУСТИВ ПО КРУГУ ШКАЛИК...
(Оперная ария)
Пустив по кругу шкалик,
Лепил народ божка.
Рождался полукарлик
С ухваткой мужика.
Не чувствуя напасти,
Толпа гудит хмельней.
А карлик - ближе к власти,
А он уже над ней!
Навис над серым роем
И дразнит кумачом.
Назвал народ героем,
А сделал - палачом:
Немым велит молиться,
Слепцам - поклоны класть,
Стреляет пастве в лица,
Отняв у Бога власть.
Чуть зыркнет -
Мы немеем,
Вдыхая страх крутой.
И стал
Народ
Пигмеем
У карлы под пятой.
В КОСМАТЫХ МЫСЛЯХ
Я думаю, далёкий брат...
Не нам одним
130
Не впрок примеры.
Мы взяли веру напрокат
И стали
Призраками веры.
Бродячий европейский миф!
Я вижу,
С горечью итожа:
Переувечили своих,
А результат победы -
Тот же.
Поминки. Праздник.
Эпатаж
Станичников,
Безродных татей?
В косматых мыслях:
«Отче наш!», -
А на губах -
Полынь проклятий.
В СЕБЕ ПОВЕРЖЕННЫЕ НИЦ...