Двое строуков замельтешили, отыскивая нужный ключ. Из-за их дрожащих рук в полной тишине разлился приятный звон, который делал сложившуюся ситуацию нелепой. Лоц разозлился. Исходящие от него языки мрака стали гореть ярко красным цветом. Тогда один из его подчиненных выхватил всю связку ключей и побежал открывать кандалы. Ему повезло, и приказ Патриарха был выполнен всего лишь с третьей попытки.
— Серебряный мечник, Вентум. Сын Бессмертного Тимора. Хоть мы раньше и не встречались, я прекрасно знаю о всех твоих способностях. Твой меч, в самом деле, — опаснейшее оружие. В него заложено много мыслей, но самая смертоносная — тонкий луч сжатого воздуха. С помощью него ты можешь разрезать даже горы.
Командир рыцарей ничего не ответил. Он со спокойным видом встал, взял свое снаряжение и принял боевую стойку. Не смотря на то, что шлем скрывал его лицо, его глаза вызывали ужас у всех окружающих. Казалось, что в таком состоянии он попросту не может проиграть. Гнев возбудил в нем все скрытые способности, весь таящийся внутри потенциал. Товарищи больше не видели в нем Вентума, это было самое настоящее чудовище.
Еще секунда и все решится. Свет от легендарного оружия командира ослепил всех вокруг. Строуки завопили и спрятались за дома. Этот миг был последним, что увидел Сперо перед тем, как вновь погрузиться в омут собственного разума. Уши раздирал шум, темнота ночи превратилась в кроваво-красный закат и окончательно погасла.
— Давно не виделись, мой юный ученик, — послышался знакомый голос. — Все-таки вы умудрились провалить миссию. Ты не убил Тимора. Вообще-то, за это я должен стереть все человечество с лица Земли, но у тебя появился второй шанс. Конечно, этот болван в белых доспехах никакой не богоподобный. Обычный смертный. К счастью, его виктим мне как раз должно хватить. Убей его, а взамен я подарю людям свободу. Не глупи. Сделай правильный выбор.
Совершенная темнота начала приобретать очертания. Появились деревья, трава, солнце, по воздуху разлился успокаивающий звук бурлящей реки. По середине поляны стоял мужчина, одетый в легкую кожаную броню. Его красные глаза, как всегда, излучали безумие.
— Ты? Свободу? — Сперо рассмеялся.
— Глупый мальчишка. Мне не нравится такой ты. Куда веселее было смотреть на дрожащего щенка. Даю тебе последний шанс. Если не согласишься, я просто перейду в тело того строука. Мои виктимы останутся у тебя, но мне ничто не помешает забрать их. Душой, захваченной мраком, манипулировать очень просто.
Сперо двумя руками вытащил меч и занес его над своей головой. Из черного лезвия появился гигантский столб алого света, создавший зловещий ураган по среди ясного неба.
— Я ждал тебя. Знал, что ты появишься, когда заговорят о большом количестве виктим. Помнишь ли ты, как сбросил меня на дно океана? Ты тогда сказал, что я могу все то же, что можешь ты. Я долго думал над этим. Почему ты можешь использовать мои виктимы, а я нет. Почему внутри разума я владею силой мысли и самое главное — что я такое. Ответа мне не удалось найти, зато я кое-что понял: если я убью тебя, все жертвы останутся полностью под моим контролем. После того, как я отрубил Спартаку обе ноги, я не прикончил его. Я остался на арене и продолжил тренироваться. Примерно через год мне удалось материализовать себе новых противников. Ты ведь находился в другом мире и не представляешь сколько времени прошло внутри моего разума. Ровно тридцать лет я осваивал искусство мысли. Я не говорил об этом даже рыцарям, чтобы ты не смог ничего прознать. Сейчас я покажу тебе каких высот мне удалось достичь.
Богоподобный уверенно ухмыльнулся и выбросил клинки, торчащие у него из ремня, после чего широко расставил руки.
— Жалкий смертный. Говоришь тридцать лет? Я один из первых людей, овладевших искусством мысли. Тридцать лет для меня ничто. Ты и представить не можешь какая разница у нас в силе. Ты для меня, как назойливый комар. Я позволю тебе укусить меня, а потом просто прихлопну. Используй свое самое сильное умение, я не сдвинусь с этого места ни на шаг.
Разразилась такая буря, что затрещал весь лес, а небо полностью отчислилось от облаков. Вокруг Сперо появился очень плотный барьер, через который невозможно было что-либо увидеть. Затем последовала вторая волна, полностью изменившая ландшафт местности. Сама Мать-Земля начала рассыпаться по кусочкам. Это было похоже на конец света. Солнце залилось кровью и прогремел взрыв чудовищной силы. Но вместо того, чтобы разорвать земную кору на камешки, ударная волна сжалась до размеров песчинки и исчезла, а бушующее пламя погасло, как спичка на ветру. От этой смертоносной мысли зеленая поляна за считанные секунды превратилась в мертвую пустыню, но Богоподобный, как и говорил, не сдвинулся ни на шаг.