— Остановись! — приказал Тимор. — Ты хочешь убить Марианиду?
— Я хочу отомстить за смерть друзей!
— Глупец. Открой глаза! Они все живи. А твои атаки не сработают против существа из снов. Есть только один выход — нужно разбудить того, кто создал это чудовище.
Фирмум оглянулся вокруг еще раз. Действительно, никаких органов, никаких конечностей. Все спокойно спали на своих местах. Их нисколько не тревожили громкие вопли Марианиды. Командир нуумов попробовал разбудить Жака, но не помог даже сильный пинок по животу и крик прямо в ухо.
— Что нам делать? Они не просыпаются.
— Потому что это не просто сон, а мощный гипноз. Уколи кого-нибудь в руку так, чтобы пошла кровь.
Добрый воин с плавником неохотно послушался человеческого совета. Он материализовал стальную иглу и никак не мог решиться навредить кому-нибудь из окружающих.
— Быстрее, — во весь голос заорал Тимор. — Жизнь маленькой девочки в опасности. Спаси ее, или она умрет.
— Кто же создатель? Мне переколоть каждого?
— Да что же ты так плохо соображаешь? Не вериться, что ты прошел войну. Взгляни внимательнее. Чудище обязательно должно охранять своего создателя.
— Но они все лежат тут, рядом, кроме… Марианиды. Понятно, ее глаза закрыты. Она блуждает во сне.
Природная броня Фирмума, его хитиновый покров, засеял синим цветом. Воин-нуум согнул ноги и, оттолкнувшись от земли, молнией взлетел в направлении к монстру. В воздухе он ловко увернулся от огромной лапы с острыми когтями, после чего впился рукой в толстое дерево, повалил его на землю и оказался рядом с вопящей девочкой. Крепко зажмурив глаза, ему все же удалось ее уколоть, а за ней проснулись все остальные.
Марианида долго не могла оправится после ночного кошмара. Она села на землю, прижала колени к груди и тряслась от страха. Недоумевающий Жак крутился рядом с испуганной сестрой, пытаясь выяснить причину ее паники. Тем временем негодующий командир нуумов направился к Тимору.
— Что это было? Почему вы стояли на одном месте, если сразу же поняли кто создал чудовище. Почему вы ее не разбудили!
— Причин здесь несколько, — серьезным голосом ответил Монарх. — Конечно, это было весело. Мне нравится наблюдать за тем, как кто-то паникует по пустякам.
— Весело!? Вы с ума сошли? Девочка могла умереть! Для вас это весело? А я ведь считал вас своим героем.
— Не спеши ставить на мне крест. В ситуациях, подобной этой, твой разум должен быть спокоен. Ты же потерял всякий рассудок. Можешь назвать это уроком от героя. Теперь давай я объясню все по порядку. Ты так легко попался в такую примитивную ловушку. Если бы враг был посильнее, ты бы уже умер. Вот объясни мне. Каким образом воин, побывавший на поле битвы, не смог отличить настоящий труп от жалкой подделки? Ты ведь должен знать, как пахнет разорванное существо.
— Я не обратил на это внимания, — стыдливо сказал Фирмум.
— А поднять голову вверх и взглянуть на небо ты тоже не мог? Сейчас около пяти двенадцати часов ночи. В это время Мрак уже отступает. От него остаётся только жалкий образ прежней силы. Он бы не смог призвать монстра, способного навредить кому-либо из реального мира. А вы, ребята, слишком слабы, чтобы восполнить недостаток виктим. Марианиде не грозила никакая опасность. Разве что у нее мог случится разрыв сердца от страха. Я слышал такое бывает у жастинов, но она ведь храбрая девочка.
— Но для чего было это ужасное представление? Мрак все равно не мог ничего сделать. Он просто хотел напугать нас?
— Никому на известно есть ли у него сознание или нет. Может, он действует инстинктивно, как животное. Тогда бы ему неизвестно было веселье, соответственно не зачем пугать нас. Надо же. Все уже уснули. Ты тоже иди приляг на пару часов. Утром отправляемся.
— Но мы ведь не закончили работу. Я не оставлю вас, говорил же.
— Ты уже достаточно помог мне. Пока ты сражался с чудищем, я придумал как нам поднять металлическую птицу вверх со всем экипажем. Я пойду к Лео. Мы бросили его одного. Мало ли что с ним могло случиться.
Монарх, не дожидаясь ответа, исчез. Фирмум не стал бросаться в погоню и покорно отправился спать. Его разбудил высокий женский голос.