— Какая грустная история. Почему ты раньше об этом не рассказывал? Мы понятия не имели насколько ты силен, — сказал успокоившийся жастин.
— Ты станешь отличным другом для моего сына, — обрадовался Тимор. — Вы с ним очень похожи.
После этих слов на лицах у окружающих высеклось выражение полного изумления.
— У вас есть сын! — хором крикнули они.
— Точно. Фирмум ты ведь не слышал про моего сына. Он младше тебя на пару лет, но в бою тебе с им не продержаться и пяти секунд. По всем показателям ты слабее его раз в пять.
— Хотите сказать, что у него пять миллионов виктим? Что же это за чудовище! — задумчиво сказал Луи, представляя перед собой точную копию Тимора, но в уменьшенном виде.
— Да ведь он тоже родился в семье знаменитых воинов. От нашей крови Вентому, так зовут моего сына, досталось триста тысяч виктим. Остальное мальчик заработал сам, честным путем на поле брани. Как и тебе, Фирмум, ему довелось потерять родителей на войне. Пять лет назад умерла его мать. С потерей супруги я перестал быть его отцом. В то время мой разум помешался на защите человечества. Я поручил воспитание сына старому товарищу, который сейчас наставляет новобранцев. Вентум самостоятельно прошел весь путь от слабейшего солдата до почетного титула рыцаря, в шестнадцатилетнем возрасте став моей правой рукой.
— Одна трогательная история за другой, — заметил Луи. — Если вы видите силу духа в точном количестве, то не могли бы рассказать о нашей? Потухших с самого появления в Лесу отправляют за ворота города. Ни до каких ритуалов их, само собой, не допускают.
— Раз уж вы сами того желаете, то почему бы и нет. Тогда начну с тебя. Пятьдесят одна тысяча восемьсот три виктимы, физическая сила: двенадцать тысяч четыреста, разум: тридцать пять тысяч ровно. Замечательные показатели. Думаю, в армии Стоиля ты бы занял девяностое место. Хотя, конечно, я не могу судить об этом, не зная о твоих боевых навыках.
— Всего лишь девяностое. А я считал себя довольно сильным бойцом, — опечалился Луи.
— Тогда перейдем к Жаку, если он не против. — Глава семьи жастинов ничего не ответил. Он лишь вяло посмотрел Монарху в глаза. — Отлично. Количество его виктим: пятьдесят девять тысяч сто двадцать две, физическая сила: тридцать восемь тысяч восемьсот, разум: десять тысяч ровно. Отражает его вспыльчивы характер. Марианида желает услышать свои показатели?
— Нет! — грубо отрезала девочка. — Тимор, садитесь в свое кресло и взлетайте. Сколько можно уже тратить время на пустую болтовню? Сами же нас торопили.
Все молча заняли свои места. Входная дверь сама по себе захлопнулась, а позже полностью растворилась в стене. Небольшое дверце, ведущее в кабину пилота, осталось стоять на месте. По всему брюху птицы раздался громкий голос Монарха, он доносился с разных сторон. Непонятно было откуда он говорит.
— Через десять секунд я начну взлет. Прошу вас не пугаться громких звуков и сильной тряски.
Сначала эти слова никто не воспринял всерьез, но спустя обещанное время раздался такой грохот, словно множество молний одна за другой ударяли в нескольких сантиметрах от них. Всё закрыли уши, но это не помогало, так как одной рукой приходилось держатся за сидение. В такой ситуации любой позавидовал бы связанному Жаку. Надо было протестировать пассажирские места перед взлетом. Теперь придется терпеть до самой Синеи. Ещё не известно сколько времени займет дорога. К счастью, не прошло и десяти минут, а всеобщие страдания прекратились. Тряска почти не ощущалась — звук был громкий, но терпимый. Вполне можно было расслабиться или начать обвинять невиновное создание.
— Что черт возьми это сейчас было? — закричала Марианида, бросая разгневанный взгляд на Лео. — У меня чуть кровь из ушей не пошла. Голова теперь будет болеть весь день.
— Тебе вечно что-то не нравится. Ты бы могла другим способ доставить нас на родину нуумов? Если нет, то и нечего жаловаться. Будь благодарна Тимору хотя бы за это, Рида.
Последние слово он выделил с особенной издёвкой. У обидчивой девочки кончился весь запас терпения, который и так не отличался большими размерами. Она сорвалась с места, побежала к брату, создала длинный деревянный прут, замахнулась им, но Лео спасло не совершенное строение птицы. Летающий транспорт сильно наклонился на бок. Вновь с разных сторон послышался голос Монарха: