Фирмум без капли стыда встал на колени перед Монархом. Строгому Государю не привыкать сверху смотреть на умоляющие глаза существ. Так часто делают приговорённые к смерти или поверженные враги, но сейчас поведение этого нуума вызвало в нем непривычное ощущение неловкости.
— Прошу, пощадите их! Они часть моего народа, часть нашей истории. Я поговорю с нашим добродушным королем. Он ведь не подозревает, что члены династии Шельвов ещё живы и страдают от голода.
— Зачем так унижаться перед своими подчинёнными? Встань с колен немедленно. Я ведь не какой-то там беспощадный тиран без эмоций. Я все понимаю. У меня нет никакого желания убивать их. Более того мне в голову пришла идея, как мы можем им помочь.
— Правда? И как же? — обрадовался Фирмум.
— Я верю в ваши рассказы про благородного короля, который бескорыстно помогает нуждающимся. Но вряд ли правитель больший страны в здравом уме согласится принять под защиту тех, кого даже не видел. Пока мы дойдем до города, пока договоримся обо всем, пока вернёмся обратно пройдет куча времени. Пускай с нами пойдет один из Ахров. Фирмум договориться обо всем. Конечно, лучше бы было иметь при себе какое-нибудь доказательство принадлежности к правящей династии. У вас случаем нет ничего такого?
Старик смутился. Он не знал, как поступить в этой ситуации. По его реакции сразу можно было понять, что ответ на вопрос Тимора “да”. Однако можно ли довериться существу, которое недавно расплющило мозги двадцати воинов. Двухсотлетний ахр долго раздумывал. Никто не собирался на него давить. Все покорно ждали решения старца. Наконец он вновь приоткрыл свои иссохшие губы.
— На самом деле такая вещь существует. Она ценная, дороже всех наших жизней. О ней знают только члены династии Шельвов. Именное кольцо нашего праотца, доставшееся ему по праву престолонаследия. Эти кольца изготавливают в специальной подводной кузнице. Они обладают невероятной силой и служат доказательством власти над всем мировым океаном. Вы ведь понимаете, что оно для нас значит? Есть ли у нас хотя бы крохотная надежда на то, что вы не заберёте кольцо себе?
Монарх сделал серьёзный вид, подошёл к старику почти в упор и протянул ему руку. По черному панцирю человеческого воина поползли серебряные полосы. Они собрались в круг, быстро сжались в одно пятно, после чего в точности повторили контуры его сердца.
— Клянусь собственной жизнью, что использую ваше кольцо только во благо славного народа ахров, — торжественно произнес Тимор. — На этих черных доспехах сейчас отображается мое сердце. Если клятва будет нарушена, то его разорвет пополам моя же мысль, которую я использовал пару секунд назад без возможности ее отменить.
— Хорошо. Я вам верю, — спокойно сказал старик, однако его лицо по-прежнему выдавало страх.
Ахр вытянул пустую ладонь вперёд, на которой позже появилось странное кольцо голубого цвета. Оно не было металлическим и изящно переливалось даже при таком тусклом свете.
— Из чего оно? — спросил Монарх, осторожно беря кольцо.
— Из самого редкого драгоценного камня, родившегося на дне морском, аквальта.
— Прекрасно! — проронила Ленелла. Её руки непроизвольно начали тянутся к камню, но она вовремя успела их остановить.
Старый ахр со злостью и недоверием посмотрел на светящуюся девочку. Из его уст быстро вырвалось грозное предупреждение:
— Прошу, спрячьте знак королевской династии подальше от этих жадных глаз. Если кольцо будет украдено, вы погибнете.
— Не бойтесь. Я же не совсем дурак, чтобы позволить этому случится. А моим спутникам я доверяю точно так же, как и себе самому.
— Доверие — самая большая слабость земных существ.
— Вы лучше мне скажите, кто из вашего племени пойдет с нами. Выбирайте тщательнее, дело серьезное
— Пойдет мой двадцать пятый сын Урувей, — без тени сомнения ответил старик. — Ему всего лишь пятьдесят лет. Он достаточно молод для того, чтобы поспевать за вами и достаточно мудр для того, чтобы разговаривать с королем нуумов.
Вперёд вышел ещё один ахр — точная копия прежнего, только выглядит немного живее.
— У нас осталось четыре часа до восхода солнца. Впереди ещё сотня километров. Если мы хотим успеть, то придется поспешить, — предупредил всех окружающих Тимор.