— Не верю своим глазам, так много воды в одном месте! — запыхавшимся голосом промолвил Жак. — За ней не видно ничего. Разве такое возможно? Нет вообще никакой земли.
— А это всего-навсего маленький залив. Мировой океан настолько велик, что в нем могло бы уместиться тысяча таких, а, может, и больше, — с гордым видом объяснил Фирмум. — Никто не знает его истинных размеров. Никто никогда оплывал весь океан. Никакой жизни на это не хватит.
— С этим я, пожалуй, соглашусь, — с хитрой улыбкой сказал Тимор. — Однако ты ведь не забыл ту карту, которую я показал вам при первой нашей встрече? Как думаешь, откуда она у меня?
— Разве не из какой-нибудь старой библиотеки? На ум мне приходит только это. Не могли же вы сами обойти весь земной шар, побывать во всех его уголках, переплыть океан. Даже двухсотлетнему ахру не хватило бы жизни на то, чтобы посетить хотя бы половину всего этого.
— Возможно ты прав, — продолжал весело ухмыляться Монарх. Самодовольство так и било из него ручьем. — Только вот ни в одной библиотеке ты не найдешь карту современного мира. Ты хоть представляешь как сильно все изменилось с того самого момента, когда люди узнали о силе мыслей? Большие куски земли лихорадочно начали отделятся друг от друга: богатеи желали показать свою власть над самой природой и заполучить во владение целый остров. Раньше было пять материков, теперь их стало три. Эту карту закрасил лично я сам. К сожалению, она не в точности соответствует реальному миру. Некоторые места пришлось дорисовывать. Но на контуры материков, больших островов, рек, лесов можно с уверенностью положиться. Ваш залив отображен на моей карте с особой осторожностью, потому что именно здесь я впервые увидел море, как и вы, дорогие жастины.
— Но каким образом вы путешествовали в водах океана? — спросил разбитый в пух и прах Фирмум.
— Само собой, я пролетал над ним. Понятия не имею как еще можно было бы это сделать. Хотя как-то раз я читал про некие корабли…
— В смысле летали? — удивился Луи. — То есть, как мы недавно, на металлической птице?
— Нет, без тебя бы я ни за что не придумал такой чудесный транспорт. Я умею летать самостоятельно. Ничего запредельного в этой мысли нет. Она довольно-таки легкая. Только в одном Стоиле семеро моих подчиненных владеют ею. Фирмум тоже может научиться летать, если он захочет. Я могу натолкнуть его на правильный ход рассуждений. Остальным из вас пока не хватает виктим.
— Конечно, хочу! Очень! — восторженно закричал командир нуумов с ребяческой радостью на лице.
— Если вы забыли у нас тут очень важное дело! — разозлилась Рида. — Мы, вроде бы, собрались спасать мир. И вы сами говорили, что мыслям нельзя научится у кого-то другого.
— С этим я преувеличил. Самому действительно сложно чему-нибудь научится. приходиться на ощупь пробираться через темный лабиринт сознания, упираться в тупик снова и снова, но наставник вполне может навести тебя на нужный путь, а тебе останется лишь его пройти. Солнце уже почти проявилось. Как далеко ваш город?
— От этого берега плыть примерно километр, а потом триста метров вниз. Все здесь могут дышать под водой и сопротивляться сильному давлению? Ахр, справишься?
Молчаливое подземное создание безэмоционально кивнуло. Однако трое жастинов бросали неуверенные взгляды друг на друга. Кажется, придется им задержаться еще ненадолго. Тимор объяснил суть этих мыслей. Через час они научились дышать под водой, а после и создавать барьер для погружения на морское дно.
— На такой небольшой глубине вам будет легко. Я вот могу погрузиться максимум на три километра, — снова возгордился Фирмум, пытаясь загладить прошлую неудачу. — Но это ещё ничего. У нас в городе ходит легенда, что данным давно существовали создания, способные выбраться наружу со дна Бездны Мрака. А её глубина доходит до целого десятка километров! Вроде как, в древности был такой обряд проверки силы и духа, прошедшие его получали высшее звание в армии короля.
Когда все были готовы, группа отправилась в путь. Подводный мир поражал своей красотой. Вокруг беззаботно плавало столько разных рыб, что от них начинала кружится голова. Множество ярких красок переливались под игривыми лучами света. Кораллы, водоросли, цветы — все это создавало прекрасную картинку, которая жадно поглощала собой внимание чужеземцев.