Вслед за мощами святого Иакова и святого Филиппа следовали мощи святого Николая: их несли, танцуя и кружась, двенадцать носильщиков. Так как подобный способ почитания памяти святого показался нам довольно странным, мы попросили разъяснений, и на это нам ответили, что, поскольку святой Николай был от природы очень жизнерадостным человеком, жители Палермо не придумали ничего лучше, чем это танцевальное шествие, превосходно напоминающее о живости характера праведника.
За святым Николаем следовал только простой народ, причем каждый в толпе шел, как ему заблагорассудится.
Это торжественное шествие, начавшееся в полдень, закончилось лишь около пяти часов. После этого на улицах снова показались экипажи и началось гуляние на Марине.
Вечер предоставил нам набор тех же развлечений, что и накануне. Как правило, итальянские утехи не отличаются особым разнообразием: сегодня в этих краях забавляются так же, как это делали вчера, а завтра будут забавляться так же, как это делают сегодня. Итак, мы смогли порадовать себя фейерверком, танцами во Флоре, корсо в полночь и иллюминацией до двух часов ночи.
Отдавая вместе с жителями Палермо дань памяти святой Розалии, мы договорились совершить на следующий день паломничество в часовню этой святой, расположенную на вершине горы Пеллегрино. Поэтому мы заказали одновременно экипаж и ослов; экипаж, чтобы ехать в нем, пока дорога будет проезжей, и ослов, чтобы проделать остальную часть пути.
Гора Пеллегрино, по правде сказать, это всего лишь остов горы: весь некогда покрывавший ее слой плодородной почвы был постепенно унесен в долину ветром и дождем. Великолепная дорога, построенная на аркадах и достойная древних римлян, доходит примерно до середины горы. Прибыв туда, мы, как было заранее условлено, пересели на великолепных сицилийских мулов, которые, если бы их привезли во Францию, посрамили бы не только своих собратьев, но и многих лошадей: этому превосходству, свойственному их породе, они обязаны честью служить верховыми животными для палермских денди и прочих жителей, когда те совершают свои утренние выезды.
После часового подъема мы добрались до часовни святой Розалии, представляющей собой не что иное, как пещеру, в которой святая, удалившись от мира, жила вдали от мирских соблазнов. Над входом в пещеру висит изображение составленного по всем правилам генеалогического древа святой — от Карла Великого до Синибальдо, ее отца.
Святая Розалия была невестой короля Рожера, но вдруг, вместо того чтобы спокойно ждать своего царственного жениха в родительском доме, она сбежала оттуда однажды утром и больше туда не возвращалась. В ту пору ей было четырнадцать лет.
Укрывшись в пещере на горе Пеллегрино, святая Розалия жила там в одиночестве и умерла в безвестности, предаваясь самосозерцанию и беседуя с ангелами. В июле 1624 года, в разгар страшной чумы, свирепствовавшей в Палермо, какой-то простолюдин увидел сон. Ему приснилось, что он гулял за воротами города, как вдруг в нескольких шагах от него на землю села голубка, спустившаяся с небес: он направился к ней, но она взмыла в воздух и села в нескольких шагах дальше; он опять последовал за ней, и она, все так же перелетая с места на места, в конце концов влетела под своды какой-то пещеры и скрылась там; и тогда спящий проснулся. Разумеется, он понял, что подобный сон — это не что иное, как откровение. Как только рассвело, он поднялся, вышел из Палермо и увидел путеводную голубку. После этого ночное видение повторилось наяву. Славный человек поспешил за голубкой, не теряя ее из вида, и вошел вслед за ней в пещеру. Голубка исчезла, но он нашел там тело святой.
Это тело превосходно сохранилось, и, хотя после смерти Божьей избранницы прошло пять столетий, она, казалось, только что испустила дух; должно быть, святая умерла в возрасте двадцати восьми—тридцати лет.
Человек, шедший за голубкой, со всех ног помчался в Палермо и рассказал архиепископу о своем чудесном сне, а также о драгоценной находке, последовавшей за этим сном. Архиепископ тотчас же созвал все духовенство, после чего священники, возглавив шествие, с крестами и хоругвями отправились за телом святой Розалии в пещеру, служившую ей гробницей; мощи положили на катафалк и доставили в Палермо, где их на своих плечах носили по городу двенадцать юных девушек в белых одеждах, с венками на голове и пальмовыми ветвями в руках. В тот же день чума прекратилась — это произошло 15 июля 1624 года.
После этого ни у кого не осталось сомнений в том, что дочь Синибальдо — святая, и, поскольку эта святая спасла город, город выбрал ее своей заступницей. С тех пор в Палермо почитают святую Розалию, и на ее культе лежит отпечаток юности и поэзии, что является уделом очень немногих Божьих избранниц.
Вход в пещеру сохранился в своей первозданной простоте: это нечто вроде преддверия, вырубленного прямо в скале и украшенного медальонами с изображениями Карла III, Фердинанда I и Марии Каролины. Это преддверие отделено от святилища отверстием в своде, которое доходит до вершины горы и через которое в пещеру проникает свет; в этой расселине выросли вьющиеся растения и цветы, ниспадающие гирляндами внутрь пещеры; в определенное время дня солнечные лучи проникают в это отверстие и отделяют преддверие от часовни яркой световой завесой.
В святилище находятся два алтаря.
Первый слева посвящен святой Розалии. Он возвышается на том самом месте, где было найдено тело святой. Мраморная статуя работы Каджини заменила мощи святой, помещенные в раку. Эта статуя изображает прекрасную деву, лежащую в позе спящей девушки, голова которой покоится на одной из ее рук, в то время как другая рука держит распятие. Платье, в которое она одета, дар короля Карла III, стоило 5 000 пиастров; кроме того, на шее святой — бриллиантовое ожерелье, все ее пальцы унизаны кольцами, а грудь ее украшают мальтийский крест и орден Марии Терезии, подвешенные на черной и голубой лентах. Рядом со святой лежат череп, миска, посох, книга и плеть из литого золота: как и платье, все эти предметы были подарены королем Карлом III.
Второй алтарь, расположенный в глубине пещеры, напротив входа, посвящен Деве Марии, но, следует сказать во славу святой Розалии, что, хотя этот алтарь посвящен матери Христа, он далеко не столь роскошен, далеко не столь красив, как первый, а главное, его посещают гораздо меньше людей. Позади алтаря находится источник, из которого пила святая.
Часовня святой Розалии является, как уже было сказано, прибежищем гонимых влюбленных. Если влюбленным, которых хотят разлучить, удается в одно прекрасное утро встретиться и если их не догоняют на дороге, отделяющей Палермо от горы, то они спасены: стоит им оказаться в пещере, как власть над ними родителей заканчивается и святая вступает в свои права. Священник спрашивает, хотят ли они сочетаться браком, и в случае утвердительного ответа совершает мессу; по ее окончании они становятся мужем и женой и могут вернуться в Палермо рука об руку при свете дня. После этого родителям уже нечего возразить.