Следует признать, что норманны были отважными людьми. В VII веке они покинули родную Норвегию и появились в Галлии. Карл Великий всю свою жизнь только и делал, что отражал атаки норманнов, а когда он решил, что ему удалось избавиться от них навсегда, на горизонте вновь показались их корабли, и они были столь многочисленны, что старый император, придя в отчаяние, скрестил на груди руки и стал тихо оплакивать будущее — не свое, а своих потомков. В самом деле, еще до окончания столетия норманны поднялись по Сене и осадили Париж. Вытесненные Эдом, сыном Роберта Сильного, в Нейстрию, они так цеплялись за землю, что невозможно было их от нее оторвать, и Карл Простоватый повел переговоры с Роллоном, их предводителем. Как только мирный договор был заключен, они воздвигли соборы в Байё, Канне и Авранше. И в то время, когда у жителей остальной Галлии еще не было своего языка и они не знали, какому языку отдать предпочтение — латыни, романскому или тевтонскому, у норманнов уже появились труверы. Романы Ру и Бенуа де Сент-Мора на сто двадцать лет опередили первую прованскую поэзию. В 1066 году у Вильгельма Бастарда был собственный поэт Тайфер, который сопровождал его повсюду и на которого он возложил гомеровскую миссию воспеть еще не одержанную им победу. Затем, как только Англия была завоевана (норманнам потребовалось для этого лишь одно сражение), победители заняли место побежденных, разрушили прежний саксонский уклад жизни, изменили там язык, нравы, искусства, так что прежнее население как бы исчезло с лица земли, на которой уже не было видно никого, кроме завоевателей.
В то время как ближе к западу разворачивались эти события, на востоке происходило нечто еще более невероятное: около сорока норманнов, сбившихся с пути по возвращении из Иерусалима, где они на собственные средства участвовали в крестовом походе, высадились в Салерно и помогли лангобардам победить сарацин. Сергий, герцог Неаполитанский, дабы вознаградить норманнов за эту услугу, пожаловал им несколько квадратных льё земли между Неаполем и Капуей; они тотчас же основали там Аверсу, которой Райнульф управлял, имея титул графа. Норманны уже стояли одной ногой в Италии, а это все, что им было нужно. Подождите, скоро появится Тан-кред де Отвиль и его сыновья. В 1035 году они высадились на побережье Неаполя. Два года спустя они помогли императору Востока отвоевать Сицилию у сарацин, прибрали к своим рукам Апулию, провозгласили себя герцогами Калабрии и, некоторое время не решаясь принять сторону какой-либо из двух главных партий, раскалывавших Италию, вскоре сделались гвельфами; поддержанные перед этим римскими папами, они, в свою очередь, отплатили понтификам, помогая им вести борьбу с императорами Запада. Сколько же времени потребовалось на все это норманнам? Ровно двадцать пять лет — с 1035 по 1060 годы.
И вот на сцене появляется Рожер, Великий граф. Ему уже недостаточно быть графом Апулии и герцогом Калабрии; он перешагивает через пролив, захватывает в 1061 году Мессину и в 1072 году Палермо. В течение одиннадцати лет он уничтожил сарацинскую державу. Но ему мало быть завоевателем, как Александр Македонский, и законодателем, как Юстиниан; он стремится к тому же объединить в своем лице духовную и военную власть, объединить митру с мечом: в 1098 году он провозгласил себя легатом папы ив 1101 году умер, оставив в наследство своим потомкам этот титул, по сей день остающийся одним из самых ценных почетных званий нынешнего неаполитанского короля.
Его сын Рожер наследует отцу, но ему недостаточно быть графом Сицилии и Калабрии, герцогом Апулии и князем Салерно. В 1130 году он провозглашает себя королем Сицилии, а в 1146 году захватывает Афины и Коринф, откуда привозит тутовое дерево и шелковичных червей. В 1154 году Рожер умирает, оставив Сицилию своему сыну, Вильгельму Злому, тому самому великану ростом в шесть футов, которого мы видели в Монреале — в разбитой гробнице, лежащим в гробу и облаченным в свои королевские одежды. Вильгельму Злому наследует его сын, Вильгельм II; он строит кафедральный собор в Монреале, а также кафедральный собор в Палермо и Палаццо Реале. Это Вильгельм Добрый, Вильгельм-поэт и Вильгельм-художник. Он извлекает пользу одновременно из греческой, арабской и западной культур, заимствуя у обитателей Запада мистические идеи, у арабов — архитектурный стиль, у греков — декоративное искусство; он успевает совершить крестовый поход и, вернувшись из него, умирает в тридцать шесть лет возле построенного им кафедрального собора в Монреале.
На нем заканчивается законное потомство Великого графа. Его преемником становится Танкред, незаконнорожденный сын Рожера, герцога Апулийского. Этот правит пять лет, не оставив особого следа в истории. В его лице умирает последний из норманнских королей. Ему наследует Генрих VI, взявший в жены Констанцию, дочь Рожера. На троне Сицилии воцаряется Швабская династия.
У нас оставалось еще несколько часов для того, чтобы осмотреть Фавориту, королевский дворец, получивший свое название благодаря предпочтению, которое отдавали ему Каролина и Фердинанд. Во время долгого пребывания двух этих изгнанников на Сицилии дворец Фаворита был их летней резиденцией. Именно из Фавориты отправилась к Нельсону леди Гамильтон, чтобы добиться от него расторжения условий капитуляции Неаполя. Нельсон нарушил данное слово в обмен на ночь, исполненную наслаждений, и двадцать тысяч патриотов поплатились головой за эту его победу над Эммой Лайонной, бывшей лондонской куртизанкой.
Фаворита — это еще одна причуда в духе сумасбродного князя ди Палагония, однако в Фаворите все выполнено в китайском стиле: внутреннее убранство и внешний вид, меблировка и сад. Кругом сплошные беседки, пагоды, мостики, бубенчики и погремушки. Не стоит даже говорить, что все это в самом дурном стиле Людовика XV и ужасающе безвкусно.
Вернувшись в Палермо, мы застали там всю нашу команду, встречавшую нас на пороге гостиницы. Сперонара вошла в порт тем же утром, после благополучного плавания. Она привезла с собой запасы марсалы, купленной прямо на месте ее производства. После того как эти славные люди расцеловали нам руки, с чем нам пришлось смириться, мы договорились встретиться с ними на судне в следующий понедельник.
КАРЛ АНЖУЙСКИЙ
Примерно в одной миле от Палермо, на берегу реки Оре-то, возле нынешнего кладбища, находится небольшая церковь, которую называют церковью Святого Духа. В ней нет ничего примечательного с точки зрения искусства, но с ней связано одно памятное событие, чрезвычайно важное для жителей Палермо. У дверей этой церкви началось побоище, именуемое Сицилийской вечерней. Так что мы не могли не посетить это место.
Я предлагаю тем, кто сопровождал меня во время предыдущих живописных прогулок, совершить вместе со мной этот небольшой исторический экскурс, заслуживающий внимания.
Папа Александр IV только что скончался. Битва при Монте Аперти, успеху в которой содействовал Манфред, приславший на помощь гибеллинам тысячу своих рыцарей, укрепила имперское господство в Италии и поставила Манфреда во главе аристократической партии. Урбан IV, взойдя на папский престол, понял, что если он желает вернуть Риму прежнее его главенство, то ему следует разгромить Манфреда.
Это было нетрудно сделать, тем более что Манфреду вследствие его поведения грозило отлучение от Церкви. Его подозревали в том, что он ускорил кончину своего отца Фридриха II[63] и своего брата Конрада. К тому же Манфред, вместо того чтобы, подобно своим предше-ственникам-норманнам, сражаться с сарацинами повсюду, где они встречались на его пути, заключил с ними союз и имел в составе своего войска отряд арабской пехоты и конницы.
Урбан IV, со своей стороны, как никто из его предшественников был настроен изо всех сил поддерживать партию гвельфов. Родившийся в Труа, в Шампани, в беднейших слоях общества, он возвысился исключительно благодаря собственному гению. Будучи вначале епископом Верденским, а затем патриархом Иерусалимским, он вернулся в 1261 году из Святой Земли и застал Святой престол свободным. Восемь кардиналов, все, что осталось от священной коллегии, составили конклав, призванный избрать преемника Александра IV, и в течение трех месяцев безуспешно пытались собрать большинство голосов по одной из кандидатур. Устав от этих бесплодных попыток, один из голосующих вписал в свой бюллетень имя патриарха Иерусалимского. При следующем голосовании эта кандидатура набрала большинство голосов, и избранник судьбы стал наместником Бога на земле, приняв имя Урбан IV.