И тут, блядь, как прозрение по башке херачит. Я понимаю, что нет… Мне не станет легче. Да оно мне и не надо вовсе! Хватит и того, что я всю неделю лицезрел ее испуганную физиономию. Ведь сто за сто отец трепанул ей наш разговор.
- А знаешь, я передумал… - торжественно сообщаю, тормозя на светофоре. – Она и минуты не стоит нашего с тобой времени.
После моих слов, Стася мило расцветает, начинает улыбаться. Глазки в мгновение ока блеск пробивают. Такая красивая, пиздец… Хочется остановиться и притянуть ее к себе.
- Что? – губу свою закусывает, пытаясь спрятать радостное естество. – Смотри на дорогу, - смешок издает.
- Знаешь, какая ты красивая? – на автомате выдаю. – Неземная просто…
- Тём, - смеется уже открыто… - Нам сигналят, не слышишь?
Какой там слышишь? Сердце так ебашит, что перепонки дребезжат, словно стекла в окнах.
- Ох, Лиса, рехнусь с тобой, ей богу…
Кто бы мог подумать? Мечтаю просто поцеловать ее. Просто губ коснуться. И это - я, который стольких переебал. Который просто повернут на сексе. Сука, три недели – это рекорд, мать вашу… Крыша едет, но я блядь, упорно держусь на каких-то чудесных предохранителях.
Первые полдня, проходят очень насыщенно.
Сначала, завтрак на пляже, причем, не поверите, еду всю сам приготовил, от бутерброда до фруктового салата. Затем, повел ее в дельфинарий, на полуторачасовое шоу. Я и дельфины… бред, конечно, но блин, я даже в детстве такого восторга не получал, как от задорного смеха моей девочки. Оказывается, столько эмоций могут вызвать обычные дельфины. Да ради такого зрелища, я готов домой одного из них купить, и неважно за какие деньги, лишь бы видеть сияющее лицо Стаси.
- Куда дальше? – глаза как у ребенка. Бог ты мой, сколько открытий! Оказывается, вот так просто, вне кровати, проводить время – это еще тот кайф!
- Дальше, обедать! – приобнимаю ее, удерживая адекватную дистанцию. Я же не самоубийца, понимаю, если буду прижимать ее к себе – стояк обеспечен, причем, до тех пор, пока разрядку серьезную не получу.
- Я не хочу обедать… - вдруг выдает.
- Как это? - возмущаться начинаю, - Ты за завтраком, как птичка поклевала, а теперь хочешь убедить меня, что не голодна?
- Я правда не хочу, может позже? – голосочек такой невинный, божественный.
Я разве могу отказать? Да я рядом с ней как медуза бесхребетная, на все ведусь.
- Ладно, тогда ко мне домой поедем, чуток отдохнем, кино посмотрим…
- Э… нет… - тут же головой мотает. - Я не хочу туда возвращаться… нет.
Понимаю, у нее страх. Понимаю, были неприятные моменты, но…
- Я практически все переделал в своей спальне и в ванной… - признаюсь осторожно. – Сам почти две недели жил у Мира. Вообще в комнату не заходил, пока строители все до бетона не содрали. Теперь третий этаж не узнать, правда. Даже намека нет на произошедшее.
- Нет, я не готова, - упорно продолжает протестовать. – Не сегодня…
Вот же дьявол, сам переживать начинаю. Мандраж какай-то панический ловлю, переживая что ее возникшая тревога, способна все нахрен перечеркнуть.
- К Миру, едем, - выдаю решительно. – Он на работе, спокойно посмотрим фильм, у него плазма большая.
Бля, соглашайся, маленькая! Глазами умоляю.
Вижу, как обдумывает. Вижу, как взвешивает. Как смотрит загадочно. Не так как раньше. Сейчас с придыханием. С каким-то нервом, что цепляет и ее и меня одновременно.
Руки ее касаюсь. Инстинктивно. Просто веду тыльной стороной ладони по ее предплечью. Не знаю, что конкретно толкнуло, именно так прикоснуться, но бог ты мой… Застываю на месте. Стася тут-же глаза закатывает. И поверьте, я знаю, что от удовольствия - не раз видел это захватывающее зрелище.
Чисто на автомате, взгляд опускаю, сканирую ее тело по миллиметру.
И вашу ж мать… Залипаю, воздух роняя. Лиса в тоненьком лифчике.
Мозг сам фиксирует эту информацию, когда под моим пристальным взглядом, ее сосочки напрягаются.
По растерянному виду и сбившемуся дыханию, понимаю, что Стася стыдится своей спонтанной реакции на меня, ведь я еще даже толком не коснулся ее тела, а она уже… черт! Ее чрезмерная чувствительность, ровно как серьезное предупреждение об опасности отключиться, сигналит в полную мощь. Я даже взгляд вниз опускаю, напоминая о нашей договоренности - не спешить. Потому что блядь, еще чуть-чуть, чуть-чуть ее этой невинной реакции, и я пойду на поводу собственных темных желаний.