Ее постоянные вздохи, при каждом касании к чувствительной плоти.
- Тем…
- Мамочки…
- Боже…
В огне горю. Одно на уме – в ней оказаться скорей, а там…
А там молиться, чтоб сразу не кончить…
Но до этого, ее нужно подготовить тщательно. Она у меня невинный цветочек. И мой размер, может стать сплошным рубцом болезненным, поэтому, как бы я не торопился – сначала ей приятно сделаю.
В губы целую, чтоб от реальности отошла. Нежно так, что самого прет от того как она отвечает. Зажимается маленькая, как только член мой на своей промежности ощущает. Мелкой дрожью подо мной вся идет. И так смотрит в глаза, что безоговорочно понимаю, я хочу чтоб она постоянно на меня так смотрела, как на самого идеального. Больной, я знаю... Но я сука, реально об этом мечтаю.
Запах ее кожи улетный вдыхаю, пьянею буквально и больше не могу сдержать голод.
Рукой веду по ее телу горячему, к центру влажному направляюсь. Там у нее все ноет – я знаю. Сам ведь дышу через раз от того как пульсирует ствол бесконтрольно. Касаюсь лишь кончиком пальца, ее плоти пылающей, Стася вздрагивает и сразу же бедра сжать пытается.
Не даю. Перехватываю. И уже на привычных инстинктах, жестче сжимать и ласкать начинаю, не позволяя закрыться, потому что…
Потому что, честное слово, сдохну если оттолкнет меня.
Стася мигом раскрывается, разводит ноги шире и теперь уже сама в ладонь мою вжимается.
И тут я понимаю – с ней нихера робкость не прокатит. А это уже величайший подарок.
Увеличиваю давление и в ответ получаю такой сладкий стон, что у меня башню мигом срывает.
Дьявол!
Она такая горячая. Такая мокрая. Готовая. Сама об руку трется, требуя намного большего.
И вашу ж мааать…
Не могу. Не могу больше. Если сейчас же не почувствую хоть какого-нибудь трения – сдохну к чертовой матери…
Убираю руку с ее жаждущей промежности и, не разрывая поцелуя, сходу ее членом заменяю. Толкаюсь меж ее складочек, чтобы хоть чуточку снять напряжение, но тут…
- О, боже мой!
Пиздец как согласен. У меня аж блядь звезды искрят перед глазами. Маячат, заставляя член ныть от изнеможения. А я ведь просто по ее влаге скольжу. Сука! Какое тут снять напряжение? Не спустить бы от ее стонов сладких. Однако остановиться уже не могу. Целую Лисицу, точно имею, двигаясь членом по ее киске в такт своего языка.
- Тема! Тем… Темочка… Божеее…
Прерываю ее стоны убийственные, жадным поцелуем. Глубоким, чтобы дышать забыла как, не то чтоб говорить. Потому что ее голос меня в нахрен разбивает. Сам не знаю почему.
- Ах, дааа! – вырывается сквозь поцелуи.
Вашу ж мать… Лисица на грани оргазма. Дурею еще больше. Припадаю к ее губам приоткрытым, терзать начинаю одержимо. Грудь сминаю и двигаюсь, двигаюсь, пока не ощущаю дрожь в ее ногах.
- Тем! – выгибается, сокращаясь всем телом. Часто и рвано дышит, а я от ее губ не могу оторваться. Прикусываю, всасываю и оттягиваю, перехватывая ее каждый стон.
- Давай, сладенька, загорайся! – подгоняю ее, понимая, что сам уже ближе не куда. – Покажи, как ты это делаешь! Покажи, как сияешь…
- Ох, Божечки! Тема…
Настя кончает на моих глазах. Сладко. Выгибается всем телом, замирает на мгновение, а после содрогаться начинает. Я следом. И теперь хер разбери, кого сильнее колошматит.
Все блядь!
Одно рваное дыхание на двоих.
Стоны.
Поцелуи сокрушительные.
И толчки замедляющиеся.
- Какая же ты красивая, Стася! – улыбаюсь счастливым идиотом. – Такая охуенно красивая! И моя!
Понимаю, что это совершенство, принадлежит мне. Сейчас будет. Ведь я именно сейчас лишу ее невинности. Погружусь в ее лоно пульсирующее. Сделаю ее своей окончательно.
И как только моя головка, начинает упираться в ее щелочку девственную – дверь с грохотом распахивается, и в комнату, кубарем заваливается, мать ее Вика, набуханная.
- Тееем, ты почему меня бросил…
Глава 17
Стася
- Покажи, как сияешь!
Мир словно останавливается. Может быть, земля продолжает вращаться, но у меня ощущение, будто земной шар просто слетел со своей орбиты и застыл. С треском лопается что-то внутри там, где было сердце. И взрывается то, что пару секунд назад, так мучительно саднило.
- Ох, Божечки! Тема!
Содрогаюсь бесконтрольно. Трепет на двести двадцать. Глубоко под кожу. Взрыв по периметру. Улетаю…
Тема к себе меня прижимает. Целует жадно, каждый мой стон в себя вбирает. Бедра мои сжимает, и шанса не дает отстраниться. Максимум ощущений, впитываю. Распадаюсь, пока дрожь не утихает, вместе с толчками его… боже, какой он твердый!