- Девушка, извините? – кричит парень вглубь самолета. – Можно нам воды?
- Извините, придется потерпеть, самолет набирает высоту, мы не можем…
- Черт, - злится парень, перебивая стюардессу. – Тут девушке плохо, воды будьте добры! – под конец с нажимом выталкивает, а мне так стыдно становится, от того, как на нас оглядываются пассажиры. Может, она не так сильно и нужна мне сейчас?
- Я подожду, ничего! – шепчу, слезы вытирая.
Парень смотрит на меня пристально, словно ищет подтверждение слов в моих глазах. Странный такой.
- Точно? – голову на бок склоняет.
- Да, - киваю, стараясь выдавить улыбку. – Я уже успокоилась, - сообщаю, запихивая дневник отца в свою сумку. Не буду его больше открывать. Никогда.
- Я просто не люблю, когда девушка плачет! – головой мотает, по-прежнему сканируя мои глаза. Серьезный такой.
- Извините! – зачем-то выдыхаю, теребя свои пальцы.
- Не за что! – все та же серьезен. – Меня, Макс зовут! – руку тянет.
- Стася, - отражаю, пожимая его теплую ладонь. Мои то, всегда холодные.
Парень хмурится, почувствовав температуру моей руки. И неожиданно своей второй накрывает. Видимо согреть пытается. Я же, от такого жеста в ступор вхожу. Не пойму, как реагировать и как расценивать его стремительное внимание.
- Может, лучше чаю? – сжимает мое запястье.
Такое предчувствие, что если я не отберу свою руку, он притянет ее к своему рту и начнет теплым воздухом обдувать.
- Воды будет достаточно, спасибо! – отвечаю, вытягивая свою руку.
- Хорошо! – наконец улыбается.
Молчу. Неловкость ощущаю. Почему так смотрит?
- На отдых? – спрашивает парень.
- Что? – переспрашиваю, немного не понимаю, о чем он.
- В Сочи летите, на отдых?
- А, нет – головой мотаю. – Работа.
Говорю, как есть. Потому что, только работа и держит меня там. Я действительно считаю, себя обязанной Диме и не могу вот так просто сорваться, куда глаза глядят.
- Интересно, и кем может работать, столь юное создание?
Его вопрос в ступор вводит. Почему-то сразу вспоминается первое предположение Мира, когда мы с ним познакомились. Он подумал, что я девочка по вызову.
- Эм, я работаю в ресторане, помощником администратора.
- Ответственно, - заявляет парень, - И опасно!
- Почему? – взгляд поднимаю.
- До ночи потому что, родители не против? - интересуется.
Губы поджимаю. Стоит ли вообще раскрывать свою душу незнакомому парню? Одному доверилась уже…
- Не против, если директор ресторана твой брат, - сочиняю на ходу. Хотя, почему сочиняю? Дима, мне действительно как брат, которого у меня никогда не было.
- Ясно! – кивает, улыбаясь. – Тогда я спокоен.
Нервничать начинаю, понимая, что этот разговор для парня нечто большее, чем простая беседа, поэтому прекращаю смотреть на него и устраиваюсь поудобней, концентрируясь на проплывающих в небе облаках.
К счастью, парень больше не заводит со мной разговор оставшееся время полета. Но, помогает достать ручную кладь.
- Очень надеюсь, еще как-нибудь встретить самого милого помощника администратора ресторана.
- Мне тоже было приятно познакомиться! – улыбаюсь, кивая напоследок, проходя через терминал аэропорта.
Как только взгляд устремляется на двери, к которым я так спешу, мое сердце замирает.
В пяти метрах от меня стоит Лютый.
Глава 39
Едва наши взгляды встречаются, сквозь меня, будто тысячи миллиампер тока проходят. Тело разбивает дрожь, и скрыть это уже нереально. Системы восприятия исключительно на Морозове фокусируются. Они на нем нещадно зацикливаются и бесконтрольно клинят.
Боже, он здесь... Зачем?
Замираю на месте, как вкопанная. Ноги не подчиняются и попросту врастают в мраморный пол.
Кожу осыпает колючими мурашками. Плечи едва ли не до треска мощной резкой напряжения сводит. Сумка тут же валится на пол. Не слышу ее грохота, и не вижу даже, просто чувствую, а еще, внутри все так сотрясает, что дышать больно становится. Из каких-то заколоченных тайников нечто запретное вырывается. То, что я пыталась спрятать, заглушить, уничтожить… А оно взмывает вновь и расползается по груди, опаляя полть и без того раненую.