Часть 27
- Да!
- Малыш... ты живой...
- Приехал... Ты когда приехал?
- Только что. Я тебя увижу?
- Я бегу уже!
Ты приехал, приехал! И я иду к тебе. Вот по этой очень знакомой улице я иду к тебе! Но сегодня эту улицу не узнать. И не только потому, что именно по ней я иду к тебе впервые. Выпал первый в этом году снег. Огромные лохматые хлопья засыпают всё. И мой путь тоже. И тот, который я прошла, и тот, который мне предстоит пройти... Нет дороги впереди и нет следов сзади. Есть только что-то пушистое, белое и пустое... Как будто ничего не было и не будет, и я никуда не шла и не иду. Никуда, никогда, никак... Или просто я... Фу! Откуда такое гадкое настроение? Я иду к тебе!
Дверь была открыта нвстежь, ты стоял у самого порога и устало улыбался. Случилось что-нибудь? Да. Я слишком долго тебя не видел. Нет, что-то ещё появилось в твоих глазах... Ты надел мою шляпу и удобно расположился в кресле. Саид, ты зачем надел мою шляпу? Я сегодня в ней спать буду... Вот! Я поняла! В твоих глазах (раньше этого не было!) появилось мальчишество! Готовность пошалить... Не могу оторвать от тебя глаз. Голова кружится! Ни о чём не хочу говорить. Хочется держать тебя за руку и смотреть, смотреть, смотреть! в эту первозданную синь, источаемую твоими глазами... Их сегодня как будто прорвало. От обычной сдержанности не осталось и следа, но и раздражающей пристальности в них небыло. хотя они всё время смотрели на меня. Они просто смотрели! Не щадя нежности и сини...
На столе лежал открытый русско-английский разговорник.
- Изучаешь?
- Повторяю. Если всё будет хорошо, то через месяц я отбуду в Америку.
- Опять надолго?!...
- Малыш, я тебе надоел?
- ...
- Тогда не сердись. Это ж моя работа... Иди ко мне!...
... Свет включённого таршера падал на твоё лицо. Глаза были закрыты. Грудь едва заметным движением выдавала лёгкое дыхание. Нет, что-то необычное всё-таки появилось в твоём лице... И это что-то казалось мне далеко не весёлым... И таким большим, что закрывало всё твоё лицо. Усталость. Вот что это. Ты заснул и откровенно спрятался за ней, как за большой чёрной бабочкой. И это не та усталость, что приносит напряжённый день, а которая появляется после целой жизни. Целой? Значит - полной... всклень... Я взяла твои руки и вгляделась в ладони. Вот она, эта линия... Нет! Я ничего не увидела и ничего не подумала...! Миленький, родненький мой...!
- А знаешь, мне опять хочется говорить тебе всякие глупости.
- Я слушаю, тебя, малыш... И слышу.
- Миленький мой, родненький мой! - внутренний речитатив вырвался свободным звучанием. И шёпотом: "Я люблю тебя!,,," Что? Что это я произнесла? Ресницы твои взметнулись вверх, и смысл этих слов растворился в синеве. И всё же, что это я произнесла? Я вырвала себя из сини любимых глаз: назад! в сознание! Сердце прыгало как обрадованный ребёнок... Я хочу произнести это ещё раз...
- Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!
Ой, как легко стало! Как будто я сказала главное... Я СКАЗАЛА ВСЁ!
А потом до самого утра мои глаза, руки, губы, всё тело говорило тебе: я люблю тебя. Я люблю тебя - вот так называется то, отчего внутри у меня светло, чисто и спокойно.
Я люблю тебя...я люблю тебя...я люблю тебя... - звучало во мне как Исусова молитва.
И не было ночи, какой бы безумной и красивой она не старалась быть... И не было рассвета, чего бы он не обещал... Был только ты. Есть только ты. Будешь только ты. Я помню только тебя. Я люблю тебя.
- Как? Уже первый этаж? Но ведь твой поцелуй ещё не кончился... Я нажму на какую-нибудь кнопку, пока двери лифта не откоылись, ладно?... И ещё раз!...
Позвонить? Ну, если мне захочется услышать уникальный тембр вашего голоса, моншер... Да, позвоню, конечно.Что уж мне и повыпендриваться нельзя? Всё можно? Ах, да! Мне с тобой всё можно. Я люблю тебя.
Твоя рука отпустила мои пальцы, но я ещё плыла, плыла в бесконечно-синем... Я люблю тебя... Хм, мне уже нужно заворачивать за угол, а я ещё в небе. Странно. Я обернулась: ты стоишь у открытой дверцы машины и смотришь мне вслед... Что?... Я люблю тебя...
Ой, что это? Улица какая-то, машины..., прохожие... А-а-а! Я же за угол завернула... И всё равно не то. Ведь это - та улица, по которой я вчера шла к тебе. Но она какая-то чужая, как будто я никогда по ней не ходила. И она совсем не похожа на ТУ. Может быть, от того, что снег растаял? Совсем. А был ли снег-то? Как пусто и обыкновенно на этой улице. Как не хочется идти по ней. Нет. Просто не хочется идти. Ничего не хочется... Господи, что это со мной?.. О чём я думаю?! Пусть тебя нет здесь и сейчас со мной. Но ты ведь всё равно где-то есть. Я даже вижу, как ты сидишь в мягком кресле и сосредоточенно смотришь вперёд перед собой. А твоя машина в этот момент чёрной птицей летит мимо Зелёного рынка. Ты есть. Есть. И внутри у меня светло, чисто и спокойно. Я люблю тебя.