Охранник, короче, построил продавцов, напугал их штрафами и пошел к себе. А я – за ним. Догнала и говорю: «Вы меня извините. Но я виновата. Я манекен за руку очень сильно дёрнула. Потому что я чемпион курса по армреслингу». Он даже не остановился, только процедил сквозь зубы: «Чё надо?» Я продолжаю: «Понимаете, мне стыдно, что из-за меня…» «Надо тебе что?» «Не выбрасывайте, пожалуйста, этот манекен. Давайте лучше я его куплю». Он остановился, посмотрел на меня, головой покачал. Подумал. «Обещать не буду. Но бабки готовь на всякий случай». Потом записал телефон, и пошел дальше, насвистывая.
Завтра же перезвонил: «Срочно приезжай, пока моё дежурство не кончилось!» Я сорвалась, прискакала туда. Мой манекен уже лежит на полу. Беззащитный, голенький – правда, в шлеме. И уборщица его заматывает в чёрный полиэтилен, как заложника. Охранник увидел меня, подмигнул и говорит: «Ну-ка, взяли! На помойку шагом-марш, чтоб духу его здесь не было». И мы взяли. Дотащили эту мумию до выхода из торгового центра. «С тебя – три тысячи», – сказал охранник. Взял деньги и ушел. А я машину стала ловить.
Привезла моего зайку домой, распеленала, а он чуть живой – буквально. Как будто они его били: там и сям царапины, рука отдельно лежит, ну, это уж я постаралась. Волосы под шлемом в колтун сбились. Я его обмыла, ранки замазала, руку приделала на место так, что теперь незаметно. Причёску потом в порядок привела. А шлем, кстати, себе забрала – ему и так неплохо.
Он теперь у меня стоит, красивый и очень довольный. Переезжаем с квартиры на квартиру: я, мой манекен и моя швейная машинка. Один раз даже на крыше его пришлось везти… Вот такая история.
– А что с магазином, который то был, то пропал? – спросила Мара. – Я этот момент не очень поняла.
– Я сама не поняла. Может, показалось – я потом у всех спрашивала, никто его не помнит.
– А название у него какое-нибудь было? Если было название – значит, не показалось.
– Название… Щас. Точно, было. «Стильные приколы» вроде бы, – припомнила Кэт.
Мара развела руками – она никогда о таком не слышала.
– «Свежие прикиды», – охрипшим голосом поправила Наташа. – Такой вот магазин.
Она сложила ладони лодочкой и прикрыла лицо. Для неё это был целый мир. Для Кэт – столичная диковинка, которая поманила и пропала. А для Мары такого магазина вообще не существовало. Как быстро сочная реальность засыхает, падает с ветки и превращается в сухие воспоминания. Если бы Кэт не спасла манекен – что бы осталось? Какие доказательства? Да и манекен ничего не докажет. Даже если бы он умел говорить – кто поверит манекену?
Кэт и Мара спрятались каждая за своим монитором. Послышался мышиный шелест клавиатур.
Рыба был прав – монотонная деятельность успокаивает. Когда никому не нужный план работы на две недели был готов, Наташа позвонила в типографию и уточнила сроки изготовления материалов к грядущему концерту. Потом откинулась на спинку стула.