— Не соблюдение закона, — хмыкнул Николас.
— Нет. Я защищаю интересы принцев, а не правила.
Император Александр казался Николасу сильным и мудрым человеком, и нынешняя история ещё больше в этом убеждала. Он оценил способности Дэвиана и поставил его на защиту своих детей. Наверняка ведь зная, что в случае чего тренированный Дэвиан и от прямой угрозы защитит. Что он и сделал в купальнях.
— Император в курсе твоего происхождения? — спросил Николас.
— Да. Он догадался сам, а позже я рассказывал ему то же, что и тебе сейчас.
— Айден в курсе?
— В общих чертах. Он слышал, откуда я родом, и как меня тренировали, но ничего больше.
— Подожди, Александр поставил условие, у тебя не должно быть семьи? Всё твоё внимание принцам? Это же несправедливо.
— Он не ставил условий. Но прежде чем я покинул общину, провели обряд. Такой же, какой совершают со всеми, кто уезжает.
Невольно Николас вспомнил рассказы Айдена о храмовых ритуалах. Тех, которые так удивили Николаса и заставили возненавидеть жрецов. Айден даже не до конца осознавал, что это попросту насилие, считал, с ним что-то не так, если ему не понравилось.
Напрягшись, Николас был готов услышать подобное, но лицо Дэвиана оставалось невозмутимым, а голос спокойным:
— Община давно перестала воспитывать собственно убийц, мы советники и политики с отличной военной подготовкой, пусть она и сильно отличается от традиционной имперской. Но, как и раньше, жизни тех, кто уходил, посвящались Безликому.
Почти с любопытством Дэвиан глянул на Николаса:
— Ты знаешь, какие обряды в Нарс-Таланской лекарской школе?
— Нет.
— Им вкалывают особое снадобье, чей состав хранится в секрете. Их тела мучаются в агонии, многие умирают, зато выживших не берёт никакая болезнь. Поэтому сейчас императрица попросила помощи у Нарс-Талана, и они прислали лекарей. Они могут спокойно ухаживать за чумными больными.
Байрон тоже в этой школе, значит, и он прошёл через подобный обряд, и теперь в Кин-Кардине помогает в госпитале. Это было странно и удивительно, особенно если вспомнить, каким Байрон был в Академии.
— У нас было что-то похожее, — пояснил Дэвиан. — Красивый обряд, подробности священны, я не могу рассказывать, но в том числе мы пьём особое снадобье. Оно заставляет тело меняться и считается, мы становимся сильнее, выносливее. Не уверен, что это так, но раны правда заживают быстрее, а болезни мне не страшны.
— То есть простуда тебе не грозит, — вздохнул Николас. — Везёт же.
— Я могу без респиратора гулять по чумным кварталам, а моя кровь подходит для переливания любому человеку. Александр знал об этом, когда приставлял меня к сыновьям.
— И твои способности понадобились?
— Один раз. Самому Александру.
— Подозреваю, эту историю ты мне не расскажешь.
— Это не мои тайны, а императора.
О том, что Дэвиан хорошо знаком с императором, Николас помнил. Эти двое периодически встречались, ужинали друг с другом… совсем как Николас с Айденом, поэтому Николас выдохнул:
— Так вы в связке!
— Императору Равенскорту не требуется связка.
Небрежно Николас отмахнулся. Айдену тоже не требовалась, да и Роуэн до сих пор зачаровывал с Кристианом, хотя спокойно пользовался тенями и умел побольше, чем накладывание чар.
Николас обратил внимание, Дэвиан не возразил и дипломатично избежал ответа, что всё не так. Но ещё он не закончил про семью, хотя Николас уже догадался:
— И то зелье… оно лишает способности иметь детей?
— Да, — ответил Дэвиан. — Обряд проходят те, кто покидает общину.
— Но есть ведь леди, которые тоже не могут или не хотят, это не повод не жениться…
— Было бы несправедливо обрекать леди на брак с человеком, не способным её полюбить.
— Почему… о! У тебя была возлюбленная, и вы не могли быть вместе?
— Безликая.
Николас помолчал. Хлопнул пару раз глазами. Всерьёз подумал, не ослышался ли он. Или, может, притаившаяся головная боль так влияет? Он понял не так?
Видимо, долгое молчание для Николаса было уж слишком нетипичным, потому что Дэвиан глянул на него почти с любопытством и задал вопрос:
— Ты же веришь в призраков?
Вспомнив Обсидиановую академию, Николас кивнул. Пусть он ни единого призрака за всю жизнь не видел, но не сомневался, что они существуют.