Сейчас Николас ощущал беспокойство. И собственное, и отражённое магией связки волнение Айдена.
Миновав узкие улочки, экипаж двинулся быстрее, приближаясь к нужному кварталу. Николас молчал, подперев голову рукой и уставившись в окно. Сидевший напротив Айден тоже рассеянно скользил взглядом по домам, но не всматривался, и мысли его наверняка блуждали очень далеко.
Когда экипаж остановился, он вздрогнул и почти удивился. Медлил, не желая вылезать.
— Идём, — сказал Николас, делая вид, что поторапливает, но в действительности подбадривая. Он знал, насколько Айдену дорог брат, и как он волнуется за него.
Было из-за чего.
Николас вылез из экипажа первым. Тучи на улице окончательно сгустились в дождевые, хмарь набухла влагой, туманом и моросью, которые оседали на плечах мундира.
Особняк Калвертов скрывался за обычным кованым забором, увитым ползучими растениями, как принято в столице. За ним расстилался ухоженный сад с аккуратными дорожками и стоял обычный дворянский дом с каменными стенами, крыльцом, двумя этажами и несколькими хозяйственными постройками, видневшимися чуть дальше. Там же за домом скрывался и внутренний сад.
Наверняка слуги уже заприметили подъехавший экипаж и доложили леди Калверт или самому Кристиану.
Гравий поскрипывал под подошвами, а кое-где валялись лепестки тёмных роз. Раньше в такую стылую погоду ничто не могло цвести, но в последние годы завезли сорта из холодного Нидхарая, и столица с ума сходила по этим цветам. Пусть чуть меньше обычных роз, зато стояли до самого Праздника смерти! А после шли уже весенние сорта. Жаль, таких не было в Обсидиановой академии, там зимой топорщились унылые голые кусты.
Раньше Николас был уверен, что время в Академии вряд ли будет вспоминать с теплом. Как и все дворяне, он поступил в Обсидиановый лицей в четырнадцать, в шестнадцать перешёл в саму Академию. У него плохо складывались отношения со сверстниками.
— Это из-за твоего отца, — говорил Айден.
С отцом у Николаса отношения были плохими. Тот считал, что сын у него недостойный, а общаться с ним предпочитал силой, а не словами. Но Николас думал, что Айден переоценивал влияние отца. Сам Николас ходил в приятелях у половины Академии, но ни с кем не сближался. Тем более поначалу он попытался с Байроном, и попытка вышла плачевной.
На втором курсе, когда Николасу было восемнадцать, погиб наследный принц Конрад. Он был на год старше, Николас его не знал, видел пару раз мельком. Тогда-то в Академию и пришёл Айден, до этого десять лет воспитывавшийся в храме Безликого.
Их знакомство с Николасом началось со случайного соседства в комнате, продолжилось идеальной связкой в магии и закончилось дружбой. Айден потерял старшего брата, но обрёл ещё одного.
На поэтические собрания Айдена привёл именно Николас. А после первого года обучения они все дружно приняли приглашение матери Кристиана и поехали к нему летом на несколько месяцев. Отчасти ради веселья. Отчасти ради поднятия статуса семьи Кристиана при дворе.
Кристиан открыл сам вопреки всем правилам приличия: распахнул дверь особняка и смотрел, как Николас и Айден подходят по дорожке к дому, топча гравий и упавшие лепестки роз.
Кристиан был соткан из тьмы своего отца, из нездешности матери и влажного тумана, окутывающего особняк. Его волосы были темны, как жухлые лепестки роз, как чуть раскосые глаза, доставшиеся от матери.
Он ожидал их, пренебрегая этикетом, и Айден тоже спросил без церемоний:
— Где он?
— Во дворе.
Кристиан неопределённо повёл головой, имея в виду внутренний сад за домом. Шагнул на крыльцо, закрывая за собой дверь, и первым последовал по дорожке за особняк. Хотя и Айден, и Николас знали, куда он ведёт, оба там бывали. Любимое место Роуэна.
— Он ночевал здесь? — негромко спросил Айден.
— Да, — ответил Кристиан и глянул через плечо. — Стоило отправить письмо? Я не стал сообщать, не в первый же раз…
— Всё в порядке.
Хотя ничего в порядке, конечно, не было.
Они завернули за угол дома, оказываясь во внутреннем саду. В каждом дворянском особняке в столице был подобный. Хотя Николас в свой-то заглядывал нечасто, а уж про сад вообще не знал, что там растёт и как. За растения отвечал садовник, и ладно.
Дорожки со скамейками огибали клумбы, увитая зеленью ограда терялась в подступающем тумане. Чуть дальше стояла изящная беседка со столиком для чаепитий, а вместо традиционных зелёных фигур из кустарника там и сям виднелись поросшие мхом камни.
Взгляд Николаса сразу метнулся к качелям, отвёрнутым от дома к беседке, так что видно младшего принца не было, но именно там предпочитал прятаться Роуэн.