Но у Николаса череп был простым, а у Дэвиана на месте глаз поблёскивали рубины, выдававшие высокое положение и приближённость к императору.
Почти у каждой дворянской семьи имелся юрист, он вёл дела и бумаги, касавшиеся имущества, долгов, завещания. Юристу Дотлеров Управление послало запрос, чтобы отыскать родственников Майлза.
У императора и императрицы были собственные юристы, Дэвиан занимался делами принцев, Айдена и Роуэна, а когда-то и Конрада. Познакомился с ним Николас на том же курсе Академии, когда и с Айденом. Когда Николаса чуть не исключили, Айден привлёк Дэвиана, чтобы доказать, что был подлог.
Дэвиан помог всё уладить, и Айден попросил его представлять интересы Николаса. Вроде бы до конца Академии, но затянулось до сих пор.
Это оказалось крайне полезно. После совершеннолетия Николас претендовал на часть наследства Харгроувов, отец был вправе не согласиться, но Дэвиан оказался слишком хорош. Благодаря полученным деньгам, пусть и незначительным, Николас купил дом в столице, тот принадлежал исключительно ему, а не являлся имуществом Харгроувов. Как единственный наследник отца, однажды Николас получит весь семейный капитал, но пока он об этом не думал.
Дэвиану было чуть больше сорока, он отрастил аккуратную короткую бороду со времён первой встречи с Николасом, но взгляд его оставался по-прежнему цепким и внимательным.
При дворе ходили легенды, что Дэвиан Энрайт руководит Имперской Секретной службой, по крайней мере, самыми скрытыми подразделениями. Он в курсе имён всех шпионов, ему известны тайны любого аристократа, живущего в Кин-Кардине.
Конечно же, образ юриста принцев оброс многочисленными слухами отчасти из-за того, что о его прошлом ничего толком не было известно, а император назначил его к сыновьям ещё при рождении Конрада.
Навыки у Дэвиана имелись своеобразные. Иногда Николас просил потренироваться с ним в фехтовании, потому что тот управлялся с саблей лучше преподавателей Академии, ещё и обеими руками. Правда, больше Николаса интересовало владением ножом или кинжалом, этому учили мало.
Но Дэвиан оставался юристом, он не был телохранителем, тем более не выполнял поручений вне своих полномочий. Всецело верный принцам — им, а не императорской семье. Это Николас особенно ценил. И по случайным словам Дэвиана понял, что в его прошлом нашлось место и запретной магии, и необычному воспитанию в общине. Вспоминать он не желал, Николас лучше многих мог это понять и не настаивал с расспросами.
Они с Дэвианом быстро нашли общий язык. Не всегда по делам обычно сидели вечерами в одной из дворцовых гостиных перед камином.
Так и сегодня Николас устроился в своей любимой комнате, полной тепла от огня, громоздкой мебели и совершенно уродливых изображений птиц на обоях. Майлз присел на другое кресло, и оба ждали Дэвиана.
Когда тот с порога заявил о ребёнке.
Майлз поднялся и вежливо склонил голову, протянул маленькую ладошку. Он робел, но не собирался отступать от установленного этикета:
— Добрый день. Меня зовут Майлз Дотлер.
Лорд Дотлер со времени смерти его отца, но Николас не стал поправлять. На лице Дэвиана не дрогнул ни единый мускул, он пожал ладонь мальчика и коротко представился.
— Это явно не твой внебрачный сын, — заметил Дэвиан, усаживаясь в третье кресло. — Слишком хорошие манеры.
Он говорил ровно. И шутил с таким же выражением лица. Николас фыркнул:
— За кого ты меня принимаешь?
— Не я. Тебя видела леди Тревелин, она уже успела рассказать, что лорд Харгроув явился во дворец вместе с маленьким мальчиком, а его высочество принц Айден в курсе.
— Конечно, в курсе! Мы в его экипаже задницы грели.
— Я так понимаю, вы лорд Дотлер, — Дэвиан повернулся к мальчику. — Свидетель прискорбного ритуала запретной магии в вашем доме.
Николас в очередной раз подумал, как изящно Дэвиан выражается. Это вам не бойня с кишками на стене. Это прискорбный ритуал запретной магии.
Майлз кивнул.
— Вы не могли бы нас оставить, лорд Дотлер? Подождите в соседней комнате.
Проследив за уходящим мальчиком, Николас с тоской подумал, что вряд ли от разговора с Дэвианом можно ждать чего-то хорошего, если он решил выпроводить ребёнка.
— Где был мальчик эти дни? — спросил Дэвиан, когда дверь за Майлзом закрылась.
— У Лидии.
— Почему он был у леди Блэкторн?