— Сейчас начнут с тобой здороваться, — шепнул Николас. — Готовься. А, ну все, кроме него.
Он украдкой указал в сторону молодого человека. Заметив принца, тот задрал подбородок и демонстративно ушёл в другую комнату.
— Кто это? — изумился Айден.
— Фрэнк Беннет. Он считает себя бунтарём.
— А я тут при чём?
— Он на полном серьёзе утверждает, что ему не дают высказаться при дворе.
— Во дворце о нём даже не знают.
Айден не переставал изумляться, а Николас ухмыляться. Вопреки его предупреждениям, принцу кивали, но здороваться с ним не спешили, и вскоре Айден понял, из-за чего: Николас тащил его приветствовать хозяйку салона. Сначала с особой императорской крови должна увидеться она.
Кассандра Лоусон сидела на диване посреди гостиной среди расшитых подушек. Ей было двадцать восемь лет, и её красота распускалась буйным, диким цветом. Густые тёмные волосы, бледная кожа, тонкая талия.
Кассандра поднялась при виде принца. Её тёмное платье со сполохами фиолетового струилось до пола, руки обвивали серебряные браслеты, а шею — матово-чёрный тонкий шарфик. В ушах массивные серьги, где камни изображали виноградные ягоды. Полные губы, подкрашенные алым, и огромные глаза в обрамлении густых ресниц, подведённые угольной крошкой. Айден мог понять, почему она считается одной из главных красавиц Кин-Кардина.
Лидия тоже была привлекательна. Но она скорее походила на изящную розу, да, прячущую меж листьев шипы, но благородную. Кассандра же была диким цветком, выросшим далеко от столичных стен, а теперь вгрызшимся крепкими корнями в местную почву.
Её высокую причёску украшали бабочки с распростёртыми крыльями, и Айден запоздало понял, что когда-то они были живыми. Мода на таксидермию в нарядах и не думала проходить.
Кассандра присела в глубоком поклоне и протянула руку для поцелуя:
— Добро пожаловать, ваше высочество.
Голос её звучал мягко, и вся она выглядела расслабленной, а на губах то и дело мерцала улыбка. Все собрались в её доме, но Кассандра и без того была бы хозяйкой вечера, его императрицей.
Айден едва коснулся губами прохладной ладони, усыпанной аметистовыми кольцами.
— Рад наконец-то увидеть знаменитый салон леди Кассандры.
Её улыбка стала шире, и Айден понял, что попал в точку. К леди можно было обращаться более официально, но допускалось и по имени, когда хотели подчеркнуть её личность.
Не успела Кассандра подать руку Николасу, как тонкий шарфик на её шее задвигался, один из его концов поднялся, и на Айдена уставились бусинки глаз. Раздвоенный язык показывался, чтобы попробовать воздух перед Айденом.
— Это Уголёк, — сказала Кассандра и погладила змею по голове. — Вы ему понравились.
Понадеявшись, что его каменное выражение лица скроет замешательство, Айден кивнул. А Кассандра — и Уголёк — уже поворачивались к Николасу. Он изящным движением поцеловал протянутую руку:
— Вы неизменно очаровательно сумасбродны, леди Кассандра, и этим покоряете.
— Зачем же так официально, лорд Харгроув? Вас, конечно, давно не было видно на наших собраниях, но это не значит, что мы вас забыли.
— Работа! — виновато развёл руками Николас. — На поэзию совсем не остаётся времени.
— Половина здешних собравшихся жаждет узнать кровавые подробности убийств, Николас. Но я надеюсь, мы и стихи твои сегодня услышим.
— Ох, здесь собралось много прекрасных авторов, неловко занимать время.
Уголёк обернулся вокруг шеи, но Кассандру это не обеспокоило. Она отвлеклась на беседу с какой-то дамой, и Айден с Николасом отошли в сторону.
И вот тут наконец-то все пошли приветствовать принца.
Обилие имён, лиц, вихрь ароматов масел и одеколонов, шуршание многочисленных нарядов и блеск модных металлических колечек на лицах — от всего кружилась голова, и Айден был рад, что Николас оставался рядом, иногда перетягивая внимание подходивших, а позже шептавший о них яркие комментарии, без прикрас объясняя, кто есть кто.
— Вот что значит наследному принцу впервые посетить салон искусств! — заявил Николас. — Но не волнуйся, они о тебе тут же забудут. Выпей вина.
Он сунул в руки Айдену бокал и потащил к стоявшему у стены столу с закусками. Здесь их настигло несколько подвыпивших литераторов, один начал рассказывать Айдену о своём новом романе. Книгу пока не издали, но вот-вот, и тогда все о ней узнают, потому что это будет новое слово в литературе!
Николас ненавязчиво послал его к Кассандре, ведь кому как не ей надо быть в курсе грядущего шедевра.