— И давно он следит за твоим домом?
— Вчера весь день, сегодня утром тоже его видела.
— Я пошлю гвардейцев.
— Ох, Айден, он ничего не делает.
— Нам всем прислали письма.
«Где ты будешь, когда придёт чёрная гниль?» Айден помнил о послании. Может, вчера Николас и схлопотал защитных чар убийц, но угрожали всему поэтическому сообществу. У Айдена и Роуэна была охрана принцев, у Николаса — дознавательские чары, а вот Лидия, Лорена и Кристиан оставались почти беззащитными.
Больше Лидия не возражала. Айден распорядится, чтобы несколько императорских гвардейцев охраняли каждого из них. И пусть разберутся, кто следит за домом Лидии.
Тем, кто творил запретную магию, что-то нужно от них или от Айдена. Он никак не мог понять, что именно. Их смерти? В случае Айдена ещё имело смысл, но остальные? Не хотелось думать, что на них обратили внимание из-за дружбы с принцем.
Если бы Николас не был дознавателем, Айден и к нему бы приставил пару-тройку гвардейцев. Но Николас нашёл бы способ от них улизнуть!
Экипаж остановился у дома Лидии. Она мягко накрыла ладонью в перчатке сомкнутые кулаки Айдена и легонько их пожала:
— Николас — ускользающий, как туман над рекой. Но ты — его река.
Лорд Фернан Мюррей жил в соседнем квартале от Лидии, в доме, напоминавшем мрачный замок.
От тёмно-серых стен главного здания боковые флигели изгибались к арке парадного входа, образовывая внутри двор, с трёх сторон закрытый каменными стенами.
Такое же строение было у Асталанской мануфактуры чаровников, главного места, где зачаровывали артефакты для Кин-Кардина. Та была на порядок больше. Их построил один и тот же архитектор Оливер Фрэйзер, его здания разбросаны по всему Кин-Кардину, почти все считаются памятниками архитектуры, но эти дома были одними из последних созданных уже на закате его жизни. Говорили, мрачные строения он посвятил своей умершей беременной жене и нерождённому сыну после того, как они стали жертвами запретной магии.
Выступающие пилястры украшали растительные мотивы, с двух сторон от центрального входа высились внушительные фигуры кракенов из тёмного камня. В этой части Мархарийской империи узоры на тему океана были популярны, хотя кракенов обычно не изображали, суеверно их боясь.
Моряки считали, что океан спит на левиафане — огромном ките, способном уничтожить мир, если проснётся. Чтобы этого не произошло, первый улов в сезоне рыбаки отдавали обратно воде. У них даже был собственный праздник, когда океану приносились жертвы. Жрецы Безликого пытались бороться с этими суевериями, выходило у них с переменным успехом, и всё заканчивалось тем, что моряки и рыбаки проводили церемонии тайно, но никогда от них не отказывались.
Выросший в Кин-Кардине Айден с детства слышал истории о китах, о спящем левиафане и о кракенах, которые единственные опускаются на такую глубину, что касаются морского гиганта.
В Академии для Айдена оказалось большим сюрпризом, что другие студенты, родившиеся восточнее или попросту редко бывавшие в Кин-Кардине, относились к этому совсем иначе и большинства историй вовсе не знали. Николас, например, был в курсе всех поэтов столицы, читал книги о китах, а про левиафана слушал раскрыв рот и почти ничего о нём не знал.
Во внутреннем дворе особняка Мюррея расположился фонтан, но сейчас, в холодное время года, воды в нём не было, и он стоял мёртвым и покинутым, по форме напоминая то ли цветок с тонкими лепестками, то ли переплетённые щупальца кракенов.
Охрана, следовавшая за экипажем принца верхом, осталась около дома. Заходить внутрь с гвардейцами было бы странно, это считалось дурным тоном и практически открытым проявлением агрессии.
Да и не было никакой угрозы от старого затворника. Превращаться в безумца, подозревавшего каждого, Айден тоже не хотел.
Едва он подошёл к двери, ему открыл высокий дворецкий с безупречными манерами:
— Лорд Мюррей ожидает, ваше высочество.
Дворецкий принял пальто Айдена и провёл в гостиную. Украдкой Айден оглядывал дом, гадая, когда здесь в последний раз бывали гости.
Род Мюрреев был многочисленным и ветвистым. Райли Мюррей, один из дальних родственников главы Синдиката, учился с Айденом в Академии, страдал по Лорене, а позже стал офицером в армии. Но та часть семьи владела фабриками и не влезала в дела кин-кардинской ветви, крепко державшей Торговый синдикат.
Лорд Фернан Мюррей тридцать лет назад заявил, что торговцам нужно объединяться. Дело шло плохо, все боялись, что это пошатнёт их положение. Торговый синдикат в том виде, в котором есть сейчас, появился всего десять лет назад. Он отстаивал интересы входивших в него дворян, занимавшихся торговлей. Каждый вкладывал часть средств и рисковал ими, а не всем, поэтому появилась возможность оснастить корабли в таком количестве, в каком не выходило раньше, ещё и снабдить их зачарованными артефактами.