— Откуда берут учителей? — спросил Николас.
— В основном по знакомству, — сказала императрица. — Могу посоветовать Уильяма Моррисона. Он обучает Люка, сына Теодоры, но тот заканчивает весной, уедет в лицей. Возможно, Моррисон сможет взять Майлза уже сейчас.
Теодора Скотт была сенешалем во дворце, важным человеком и подругой Корделии. Они колдовали в связке, хотя императрица как-то призналась, что не часто этим занимается. И она, и Теодора были из тех, кто предпочитал плести интриги и обсуждать политику, а зачаровывать им было попросту неинтересно. И такое бывало среди аристократов. В конце концов, они обучались магии, чтобы она обретала форму и не вспыхивала дикой, а не для того, чтобы всю жизнь колдовать. Для обычных вещей были чаровники из простолюдинов, для сложных — Круги магов.
— Я поговорю с ним, — предложила Корделия. — Если ты не против.
— Буду очень благодарен.
— Мистеру Моррисону будет трудно сразу с двумя учениками. Думаю, часть дней он может приезжать к вам, а часть лучше Майлзу сюда, чтобы Моррисон совмещал с уроками Люка.
— А когда его величество возвращается? — спросил Николас.
Ответили ему не сразу, и он удивился. Думал, вопрос самый обычный, ничего особенного. Насколько он помнил, император закончил дела с Харгарадским каганатом и возвращался в Кин-Кардин, Николас попросту не следил за сроками, вот и решил спросить.
— Его корабль задерживается, — сказала императрица. — Они поднимаются по Арране, возникла проблема с половодьем. То ли будут ждать, то ли Александр вернётся в экипаже. Но в любом случае это случится не в ближайшие дни.
— А корабль, случаем, не Синдикату принадлежал? — холодно спросил Айден.
— В путешествии были задействованы и ресурсы Синдиката, но корабль наш.
— Ресурсы!
Николас глянул на Айдена:
— Думаешь, Синдикат намеренно задерживает возвращение императора? Зачем?
— Решили, что на меня проще влиять. До этого делами Синдиката занимался отец, после передал мне. Мюррей и Фелиция могли рассчитывать, что я быстрее сдамся их просьбам.
— Они ошиблись, — заметила Корделия, и в её голосе явственно слышалась гордость. — Ты не менее несгибаем, чем твой отец.
— Но императора нет, я — всего лишь принц, а у нас запретная магия и гниль.
Николас был согласен с Айденом, ему тоже не нравилась сложившаяся ситуация. Ничего критичного, но если та же чума распространится или запрещёнка будет иметь ещё какие последствия, императору лучше присутствовать в городе. И людей успокоить, и Совет урезонить.
На это часто жаловалась Лидия. Большинство советников закостенело придерживалось традиций, они не любили новое и воспринимали Айдена юнцом, не подготовленным к роли наследного принца и будущего императора. Что может решать тот, кого воспитывал храм? Какой опыт у выросшего в стороне от дворца?
Как подозревал Николас, отчасти из-за подобного мнения Совета и Айден ещё больше старался, доводя себя до изнеможения.
— Я найду тех, кто стоит за убийствами, — сказал Николас. — По поводу запретной магии не волнуйтесь.
— Жаль, болезнь так не исчезнет, — вздохнула императрица. — Заражённые кварталы закрываются на карантин, мы следим за ситуацией.
Во время эпидемии Корделия Равенскорт встала во главе борьбы с чумой, хотя и обычно возглавляла Императорский госпиталь, славившийся передовыми артефактами и научным корпусом, где лекари исследовали травы, чары и болезни.
— Гниль ужасна, — вздохнула она. — Но мы держим её под контролем.
С тоской Николас подумал, что это слишком смелое заявление. Обычно после таких слов всё идёт по Бездне. Но гниль не входила в его компетенцию, он будет заниматься тем, что знает и умеет.
Хотя ему было любопытно и про чуму выяснить больше:
— Гниль же в припортовых районах? Какие кварталы? Эгретский угол?
— Нет, он открыт, там не было заражённых. А вот соседний Ржавый причал на карантине. Ещё Старый пирс, весь Чёрный квартал.
— Много, — покачал головой Николас, прикидывая карту. — Как идёт создание лекарства?
— Плохо.
Императрица подождала, пока вошедшие слуги сменили блюда, убрав пустые тарелки из-под супа. Роуэн почти не ел, Айден тоже оставил жижу на дне. Подали рыбу, картошку и говядину с несколькими сложными соусами. За последние Николас особенно любил обеды во дворце: соусы с арверианскими травами вошли в моду, но разнообразие пока немногие могли себе позволить.
— И госпиталь, и маги пытаются найти лекарство, — продолжила императрица, когда слуги вышли. — К сожалению, чума смертельна, выживают единицы. В госпитале постоянно сжигают трупы, а переболевших выписывают мало. Мы изучаем их кровь, но пока безрезультатно. Потребуется много времени, чтобы создать вакцину.