Доставив в пещеру необходимое количество дров, сноровисто организовал растяжки для особо любопытных тварей. Яркая магниевая вспышка в ночной тьме и непонятно откуда возникший удар грома способны напугать и обратить в бегство самого смелого хищника, не убоявшегося пламени костра. Человека открытый огонь может и привлечь, но чем дальше я продвигаюсь на север, тем реже встречаю следы присутствия разумных существ.
Дождался, когда вскипит вода в котелке над костром и, давясь слюной, высыпал пачку горохового концентрата. Давненько так не шиковал. Из-за недостатка качественной воды перебивался высококалорийными брикетами из рациона китайских диверсантов, по вкусу похожих на пеммикан. Поначалу вяленое мясо в смеси с какими-то ягодами и животным жиром казалось мне еще той гадостью. Постепенно привык, а с особо сильной голодухи еще и нахваливал. Благо жизнь не заставила употреблять в пищу мясо местных тварей – и без того получил не одну смертельную дозу радиоактивной дряни и теперь отправка на суд божий для меня лишь дело ближайшего времени. Очень ближайшего времени.
Страшно ли мне? Вопрос, конечно, интересный, и, если я отвечу на него пафосно: нет, не страшно, поскольку я, можно сказать, мечтал положить живот на одр во имя своей великой родины – боюсь, что буду выглядеть чистой воды надутым фанфароном. Как и всякому разумному и неразумному существу на этой планете мне не чужд инстинкт самосохранения. Жить хочется и очень сильно хочется. Однако в силу определенных обстоятельств я по доброй воле оказался в самом сердце радиоактивной пустыни, именуемой Российская Федерация.
Жадно закинул в себя огненное варево. Тщательно вымыл котелок и, дождавшись очередной порции кипятка, сыпанул туда пару щепоток зеленого китайского чая. Когда-то терпеть его не мог, теперь терпкий успокаивающий нервы напиток кажется мне божественным. Жизнь штука непредсказуемая, нередко заставляет людей, помимо их желаний, менять привычки и пристрастия.
Выплеснул заварку из котелка, привалился спиной к жесткой стенке пещеры и, прикурив от извлеченной из костра головешки сигарету «Мальборо», испытал непередаваемое чувство комфорта. За долгие дни и недели путешествия не так часто выпадало подобное счастье. Сон вполглаза на открытой местности сильно истощает и изнашивает нервную систему. Неплохо бы стать дельфином – они, вроде как, вообще не спят, то есть спят одним полушарием мозга, второе бодрствует и так по очереди – давно бы оказался там, где нужно.
Сухое потрескивание сучьев в костре, автомат на коленях, «Ф-1» в ребристом корпусе под рукой. Никакой враг не страшен при таком-то арсенале. Если бы не вездесущие комары, было бы вообще классно. Пришлось лезть в рюкзак, доставать оттуда тюбик с репеллентом и смазывать вонючей густой мазью открытые участки тела. Насчет «вонючей» я слегка преувеличил, поскольку сам являюсь источником жуткого запаха. Поначалу нос воротил, потом принюхался, недаром говорят, свое говно не пахнет, теперь вовсе не замечаю источаемых своим телом миазмов. Какое-то время испытывал сильное желание искупаться в первой встреченной речке или озерце, однако всякий раз показания дозиметра заставляли отказаться от совершения столь необдуманного поступка.
Докурил сигарету, натянул на нижнюю часть лица намордник респиратора и вернул прозрачное забрало шлема на прежнее место. Всё, можно вздремнуть. Однако, несмотря на успокаивающий шум начавшегося дождя за пределами укрытия, сон никак не шел. Перед глазами крутились образы давно сгоревших в ядерном пламени или погибших от боевой химии людей. Родных, близких, просто знакомых и вообще незнакомых. Мать, отец, жена Марина, двое пацанов-погодков: Кирюха и Тимоха, сестра Татьяна, её муж Сергей, племянница Ольга, многочисленная ближняя и дальняя родня, а также соседи, с которыми прожили на одной площадке десяток лет, да так и не удосужившись познакомиться – теперь все они на Небесах, в отличие от меня, быстро худеющего, потерявшего практически всю растительность на теле, с обожженной покрытой жуткими волдырями и струпьями кожей, испорченной кровью и другими признаками активно прогрессирующей лучевой болезни.
Началось все пять лет назад. Я как молодой перспективный физик-ядерщик был направлен руководством своего НИИ в славный город Сидней на международный симпозиум по проблемам термоядерной энергетики. Вообще-то не совсем мой профиль, но у начальства института в тот момент желающих лететь в дальнюю даль на целую неделю под рукой не оказалось, вот и подвернулся молодой подающий надежды кандидат физико-математических наук. Вызвали, побеседовали, мои хитроумные отмазки не приняли даже к рассмотрению. Родина в лице директора НИИ сказала: «Надо!», мне ничего не оставалось, как согласиться. Пока оформлялись документы на вылет, спешно подготовил доклад. Через неделю ступил на борт «Jumbo Jet», иными словами «Боинга 747», чтобы примерно через сутки с посадками в Абу-Даби и Дубаи оказаться в далекой Австралии.