Пройдя пятьдесят метров, подсвечивая путь ручным LED фонарем, столкнулся едва ли не нос к носу с огромным медведем-мутантом. Ну не то, чтобы так уж и неожиданно столкнулся, о существовании зверя узнал по запаху и характерным звукам, едва попав в подземелье. Я оказался более подготовленным к встрече и буквально изрешетил морду Потапыча длинной очередью примерно на полмагазина.
Поначалу подобные хоть и нечастые стычки с серьезными монстрами изрядно портили мне нервы и вызывали жуткий мандраж конечностей. Убедившись в том, что автоматная пуля калибра 5,45 миллиметров с гарантией пробивает лобовую кость самого крупного хищника и превращает мозговое вещество в кровавое желе, перестал бояться, но держал ухо востро и всегда был готов к подобным незапланированным встречам.
Протер рукавом от крови зверя лицевой щиток из бронестекла, обошел труп и продолжил движение, раздвигая ногами разбросанные по полу пещеры кости и ошметки шкур многочисленных жертв могучей твари.
В конце тоннеля луч фонаря высветил тяжелую металлическую плиту, перекрывавшую въездные ворота для грузового транспорта. Я сместился немного правее и обнаружил надежную стальную дверь КПП, плотно прикрытую, но незапертую. Нажал ручку вниз и рванул на себя. Дверная створка легко распахнулась.
Внутри оказалось темно. Даже через фильтры респиратора чувствовался тяжелый затхлый воздух. Вне всякого сомнения, людей здесь нет и уже давно не было. Судя по отсутствию освещения, ядерный реактор был переведен в спящий режим, а накопленная в аккумуляторах электроэнергия за долгие годы иссякла.
Вместо удобного лифта, пришлось спускаться на глубину трех сотен метров посредством неширокой металлической лестницы. Идти вниз – не тащиться вверх. Спуск не занял много времени. По пути следов проникновения на объект посторонних лиц или животных не отмечалось.
Вход в центр управления находился в конце широкого и длинного коридора с многочисленными дверями жилых боксов. У одной из них обнаружил мумифицированные останки человека в форме черного цвета с простреленным черепом. На бетонной стене темное бесформенное пятно в центре которого обнаружилась неглубокая выбоина от пули. Рядом с мертвецом ПМ. На бейдже прочитал: «Anton Smirnov Security Service». За полуприкрытой дверью увидел тела еще четырех человек: двое в форме охраны, двое в рабочих халатах научных сотрудников центра. На столе неприглядные остатки закуски и с десяток бутылок из-под водки.
Чтобы разобраться, что тут случилось пять лет назад, мне даже входить в бокс не потребовалось. Находившиеся в момент ядерной бомбардировки на объекте парни знатно помянули погибшую страну, заодно всех своих родственников и знакомых. В конце пьянки Тоха Смирнов, которого я неплохо знал, извлек из кобуры служебный пистолет и расстрелял собутыльников. Далее, выйдя из помещения в коридор, он пустил пулю себе в голову. Вообще-то Антон был спокойным уравновешенным человеком, что именно подвигло его на смертоубийство для меня непонятно. Возможно, банальная ссора. А может быть, парень посчитал, что без родных и близких не стоит дальше жить на этом свете, а заодно прихватил с собой всех людей, находившихся в тот момент на территории охраняемого объекта.
Теперь мне понятно, почему здесь нет никого из персонала. Может быть, оно и к лучшему, как бы это кощунственно ни звучало – не хватает, чтобы придурок типа Тохи от отчаяния и безнадёги загнал в критический режим ядерный реактор, дабы, уходя из жизни, громко хлопнуть дверью.
Тяжелая стальная дверь, отделявшая центр управления от жилого сектора поддалась легкому мускульному усилию рук и мягко откатилась в каменный монолит стены, освобождая проход к столам с компьютерами и многочисленным ящикам, расставленным вдоль стен, соединенных между собой оптоволокном и обычными электрическими проводами. Сейчас тут тихо будто в склепе. Но я помню времена, когда все здесь было освещено ярким светом электрических ламп, и ровный негромкий гул сопровождал работу сложного электронного оборудования.
Первым делом подошел к главному пульту и откинул защитную крышку. Ага, светодиоды периодически помаргивают. Значит, Искин получает необходимое питание, и мне не понадобится самому тащиться в камеру ядерного реактора, чтобы осуществлять пуск вручную. Похоже, после смерти обслуживающего персонала электростанция какое-то время продолжала обеспечивать базу электроэнергией, но в один прекрасный момент управляющий вычислительный модуль сделал нужные выводы и подал команду на приостановку работы реактора.