На радаре возникли две сигнатуры противника, которые приближались именно к нему с Энни. Авиатор развернул голову, чтобы убедиться, что приборы не обманывают. Да, вправду, они приближались к нему.
Вокруг творилась настоящая фантасмагория стрельбы, охотники и жертвы менялись местами, самолёты взрывались, некоторые горели устремляясь к земле.
– Энни, к нам двое. – в личный канал сообщил лётчик. – Своего дожал, как твой?
– Горит, но дёргается.
– Бросай его. Пора встречать гостей.
–Приняла.
– Схема «Зайцы».
– Приняла.
Лётчики «ацтеков» разделились, каждый уходил в противоположную сторону, простой манёвр позволяющий противнику разделить силы или наоборот погнаться за одной целью, тогда приходит второй номер атакует их стыла. Поскольку конгломерат как «ацтеки», гемозависимые использовали систему двоек. Ведущий-ведомый один из самых эффективных приёмов в бою.
Йозеф повернул голову отмечая как за ним пошёл один противник, второй пошёл за Энни. Значит быть дуэли, жажда схватки нарастала в гемозависимом. Острота чувств вдохновляла. Лётчик наращивал обороты двигателя всё быстрее, потом потянул штурвал на себя. Приступая к исполнению «мёртвой петли», по телу прошёл едва заметный дискомфорт, усиленное тело вампира легко перенесло нагрузку. Теперь он видел машину «охотника» внизу, на долю мгновения они даже встретились глазами, позволяя гемозависимому ухмыльнуться. Его оппонент несколько раз выстрелил, крайне неточно, ход отчаянный, не более, самолёт был направлен вниз.
Теперь он оказался в хвосте у врага, уверенно направив машину в атаку, парень попытался повторить его манёвр. «Зря, слишком тяжёлая машина, это явно его первая пятёрка настоящих боёв многие слишком горячатся» Йозеф рассуждал наводя прицел на самолёт противника, пушка навела ствол на врага. Палец с пол мгновения завис над гашеткой, предвкушение было самым приятным чувством для вампира. Ждать больше было нельзя, пушка начала рявкать, извергая снаряды. Вырывая куски обшивки, корёжа металл, превращая живое в мёртвое. Как же это вдохновляет. Вспышка наслаждения была короткой, она исчезла когда «Шершень» пошёл вниз. Авиатор конгломерата был жив, даже смог активировать систему катапультирования, судя по данным они были над нейтральной полосой. Логично. Система гравитационного парашюта позволяла лётчику не висеть в воздухе над полем боя, нет, он шёл камнем вниз, только перед самой землёй кресло активировалось, врубая маневровые двигатели, гася инерцию. Это могло спасти много жизней. Но теперь начинался другой ритуал, авиатора врага можно было расстрелять, разрезать крылом, хотя самым высшим шиком было сжечь двигателями. Йозеф направил машину за лётчиком.
Луко Трассини слышал свист ветра в ушах, кабина выстрелила вверх, давая возможность лётчику спастись, умная система пыталась спасти жизнь, прекрасно просчитывая собственное уничтожение. Мощный толчок, вот Луко чувствует перегрузку, оказываясь в небесах, примерно прикинул куда должен упасть, там не так далеко до позиций войск Конгломерата, может повезёт. Мужчина слышал нарастающий рёв турбин, повернув голову он понял что сейчас будет, его сожгут, в стекле шлема отражался «налётчик». Тот кто сбил его стремительно приближался, кулаки сжались до белых костяшек, не так он хотел умереть, ох не так. «Налётчик» оказался рядом, внезапно сменив траекторию, так что Луко лишь едва обдало жаром турбин, только стекло запотело. Истребитель «ацтеков» набирал высоту на прощание махая крыльями. Трассини был шокирован, это что было?!
«Нет, малыш. Не сегодня. Забыли люди ради чего поднимались в воздух» сокрушённо подумал лётчик-вампир. Эстетика воздушного боя прошла, теперь просто убийство у всех в головах, как котёнка удавить. Не ради этого люди покоряли небесную высь, тогда, больше полутора тысячи лет назад. Не для этого. Сейчас эта война в небе похожа на схватку бульдогов в яме, отвратительна по сути, омерзительна по содержанию.
– Энни, радость моя, как твои дела?– задал вопрос гемозависимый по связи.
– Сучка вцепилась в меня.