Когда две армии начинают обстреливать другу друга из всех стволов, причём не только полевые укрепления, достаётся лесным массивам где спрятаны склады, техника противника, штабы, иногда линии снабжения, госпиталя и так далее. Недавно состоял мощный авианалёт на изгоев, когда Конгломерат ударил со всех сил, явно уничтожая некий важный объект. Вот только летуны как всегда, им то плевать, как голуби, нагадили – полетели дальше. А теперь доблестная пехота из Наземных Сил Конгломерата должна сидеть как толпа дебилов в противогазах, ибо густой дым заволакивал нейтральную полосу, буквально накатывая на позиции солдат Вестников. Как назло прекратились дожди, настала жаркая сухая погода, просто прекрасное сочетание карт, если можно так сказать. В этом дыму «ацтеки» начали активно рыть новые галереи, приближаясь к позициям противника. Изредка наблюдатели видели как летят комья земли, да видны лопаты.
То и дело вспыхивали спонтанные бестолковые перестрелки, каждой стороне казалось будто враг решил воспользоваться внезапной завесой чтобы продавить противника. Георг уже в седьмой раз выбегал на позиции готовясь к бою, занимая «ячейку». Чтобы просто пострелять куда-то, редкие пули били по укрытиям, в общем творился фирменный театр абсурда. В итоге перестрелка на пятнадцать минут, пока наконец все не понимают – тревога была ложной. Ровно до той поры, пока подобное не повторится через час. В общем скучно не было.
Диверсанты «ацтеков» только нагнетали обстановку, вот они отчаянно смело сближались с траншеями чтобы закидать те гранатами, затем максимально быстро скрыться в дыму. На этом пункты развлечений в аттракционе «Прифронтовая полоса» не заканчивались. Пожары, дым, были куда менее страшным противником, чем обычная лопата в руках сытого человека. «Ацтеки» копали как кроты, с каждым часом приближаясь к позициям Конгломерата. Георг не мог знать, что после удара по скоплению танков, это привело в движение штабы сил вторжения, было принято решение копать, копать как проклятым. Пожары не унимались три дня, всё это время изгои копали, днём и ночью, когда наконец пожары стихли, то это не остановило противника.
Георг никогда не думал о том, что будет ненавидеть звук лопаты больше чем выстрелы, сейчас выходило именно так. Артобстрелы, авианалёты вещи конечно неприятные, однако предельно обезличенные. Здесь же иная ситуация, люди которые хотят тебя убить ближе с каждым часом. Пускай они двигаются очень медленно, но они двигаются. Ночью слышно их особенно чётко, звуки десятков, возможно сотен лопат. Больше пугала только редкая тишина, тогда в сознании особенно ярко слышался каждый шорох. Везде мерещились диверсанты. Лоун крутил башкой на все триста шестьдесят градусов, перед блиндажом выставили дополнительного часового. Уж больно часто в ночи раздавались «фейерверки». Воины Орла атаковали внезапно, похищали солдат, офицеров, всех до кого дотянуться. В ночи слышались хлопки взрыва мин, крики, часто возникали спонтанные перестрелки, солдаты обеих сторон палили куда ни попадя, примерно в область где вроде-как находился противник, которая в ночи была похожа на сплошной небольшой холм из не пойми чего.
Дни тянулись за днями, иногда случались артобстрелы, нередко лётчики бились в небесах. Становилось всё веселее, в роты приходили офицеры, которые набирали парней для подразделений штурмовиков, об этой инициативе знали немного, точно солдат знал одно – это элитная группа бойцов, которые могут быть как на острие атаки, так в ночной вылазке занять позиции противника. Вооружённые большим количеством гранат и пистолетами, мастера ближнего боя в окопах. Хорошая работа, из простого пушечного мяса ты превращаешься в элитное пушечное мясо, зато не надо жить в грязи. Собственно в такую группу хотел попасть Родриго, успешно завалив какую-то проверку, теперь дулся на всех уже четвёртый день. Георг тоже подумывал податься в элиту, отказался этой идее, всё-таки Джилл оставлять было нельзя. Нэр пыталась его уговорить всего два дня, обозвав Георга «овощем» бросила эту идею.
В какой-то момент военной рутины снова всё заволокло дымом пожаров, представление продолжалось, набирая обороты. Солдаты ругаясь облачились в противогазы, опять.
Сейчас Лоун был на позиции наблюдателя протирая линзы элемента защиты пальцами, иначе вообще было не разглядеть насколько далеко продвинулись «ацтеки». Артиллерия Конгломерата помалкивала сейчас, плохая новость, очень плохая. Через какое-то время когда позиции противника окажутся в пределах двухсот-трёхсот метров, тогда она замолчит. Иначе при «ударе» возникнет ситуация когда «родные» снаряды будут падать в окопы Конгломерата. Они останутся сами по себе. Пехота против пехоты.