Смерти из-за несчастных случаев были обычным делом, гибель от укусов огромных крыс, ещё немало опасностей в тоннелях. Проблема для воспитанников была ещё одна, пока соответствовали по комплекции роботам-ремонтникам они трудились в трубах, отрабатывая своё пропитание. Как только дети вырастали, их ждало два варианта: либо также станут надсмотрщиками над будущими обитателями, либо что куда вероятнее их ждёт судьба рабов. Подростков продадут в бордели, на арены, извращенцам, просто богатым людям. В «подземном мире» всё решала удача, если тебе не повезло родиться бедным – ты обречён познать все прелести ненависти, презрения перенаселённого города. Каждый пытался отыграться за твой счёт.
Её номер был два-один-семь, своего детства не помнила, зато прекрасно помнила крики Ионы, его помощников, звуки ударов хлыстов. Те, кого ловили на попытках к бегству ждала ужасная смерть, их заживо скармливали голодным крысам. О побеге даже не думала, девочка десяти лет как остальные дети лазила по трубам, убирая налёт, грязь, прочищая от забивки, вместе с напарником она таскала небольшой сварочный аппарат которым они «спаивали» трещины, халтурить было нельзя у «Папы» был специальный дрон, которым он просматривал места их работы. Если была неисправность или халтура, то наказание будет жестоким. Старшим среди детей назначили мальчика двенадцати лет, по прозвищу «Крепок», номер парня был один-восемь-четыре. Мальчишка явно хотел стать надсмотрщиком в будущем, потому пускал в ход кулаки по поводу и без. Двести семнадцатой прилетело как-то раз так сильно что она два дня не могла выйти на работу, тело болело слишком сильно, даже кнут не помогал встать.
За это время она всё продумала, найдя небольшой кусок металла девочка тайком точила его с одной стороны, буквально до бритвенно-острого состояния. Когда девочка снова вышла на работу, оставалось только поймать момент.
«Крепок» как раз бил одного из подопечных, просто так, дабы запомнил кто главный. Он не услышал тихих шажков за спиной, зато прекрасно ощутил режущую боль в боку, прямо под рёбрами. Будущая убийца упёрлась рукой ему в спину, с силой вспарывая плоть. Кровь хлестанула прямо на ржавые трубы. Крепыш с воплем развернулся, наотмашь нанося удар, девчонка отлетела в сторону. Но и не думала выпускать оружие, щека начала опухать, с разбитых губ текла кровь. Она лишь сплюнула её, в ушах звенело, в серо-стальных была решимость. Убить любой ценой. Паренёк схватившись за бок, с ненавистью закричал на неё, разрез был глубоким, для дилетанта хорошая работа. Он угрожал что расскажет, её скормят крысам. Два один семь приближалась, больше напоминая зверя чем человека в этот момент. Он попытался ударить её, она смогла уклониться и нанести порез уже на руке, боль в боку сковывала парня. Тот застонал отступая назад, теперь кровь шла уже из руки. Она с осторожностью нанесла ещё несколько порезов, ослабляя противника, поймав момент бросилась вперёд нанося колющий удар прямо в глаз. Вой поднялся жуткий, «Крепок» упал. Убийца оказалась сверху сразу лишая второго глаза, тот пытался махать руками, уже бесполезно она кривясь с лёгкостью уклонялась от дёргающихся рук. Два один семь отступила назад, глядя на умирающего. Губы жертвы зашевелились, он шептал «Литанию о спасении», убийца поняла не сразу. Это была молитва Вестникам, ребёнок с ужасом опустила голову в плечи, что она сделала!? Ведь это ужасный поступок, теперь настигнет кара, Вестники всё видят, так говорили им. Они должны быть благодарны за спасение от голода. Ребёнок ждал наказания, с ужасом глядя на потолок, ведь где-то там жили Вестники. Сверху раздавался гул автострады, трубы так же шипели, скрипели, гудели и ничего. Прошла минута, не было никакой кары. Ребёнок осознал как никогда раньше – нет никаких высших сил, если есть, то им плевать. Люди здесь сами по себе.
Серо-стальные глаза оглядели притихших и замерших детей, те смотрели на неё с ужасом, но было ещё кое-что. Восхищение. Ей восхищались. Два один семь указала на «Крепка»: – Бейте его.
Сперва робко, потом уже смелее, один мальчишка приблизился ударив стонущего мучителя, от испуга отскочив назад. Чувство безнаказанности знакомо каждому ребёнку, мальчишка оказался рядом ударив ногой в лицо один восемь четыре. Дети вскоре подключились, осыпая ударами, плевками беззащитного уже почти подростка. Два один семь смотрела на это с спокойствием танка.
–Сбросьте его в коллектор. – приказала она. Упирающегося, слабо стонущего мальчишку поволокли к трубе вниз. На лицах детей была присущая только им жестокость. Один из мальчишек растолкал остальных, с ненавистью помочившись на мучителя. После чего один восемь четыре ногами спихнули вниз в трубу, тот летел с криком ударяясь о края, превращаясь просто в фарш из плоти и костей внизу. Когда будут смотреть дроном то не поймут что произошло, два один семь всё рассчитала. Её привели в порядок, кое как смыли кровь, после чего закончили работу под радостные разговоры, они смаковали свободу от мучителя.