— Мы одинаковые, — прошептала она. — И поэтому уничтожим друг друга.
— Тогда давай сгорим вместе, — его губы нашли её, и на этот раз поцелуй был медленным, отчаянным, как молитва.
Браслеты взорвались светом. Шипы впились в плоть, связывая их не только болью, но и чем-то глубже. Когда они рухнули на пол, алтарь треснул, выпуская древнюю магию, которая обвилась вокруг них, как змея.
После этого они лежали в тишине, их дыхание сплеталось в единый ритм. Браслеты исчезли, оставив на запястьях шрамы в виде спиралей.
— Теперь мы связаны навсегда, — сказал Элиан, касаясь её шрама.
Мирра прикрыла глаза. Где-то в глубине души она знала: это была не ложь.
Глава 12 Зеркало сломанных обещаний
Озеро Забытых Клятв лежало под Академией, его воды были чернее ночи и гуще крови. Говорили, что здесь тонули те, кто нарушил магический обет, а их души становились тенями, шепчущими проклятия сквозь толщу времён.
Мирра стояла на краю каменной платформы, чувствуя, как шрамы-спирали на запястьях пульсируют в такт шагам Элиана.
Он спускался по лестнице, высеченной в скале, каждый его шаг отзывался эхом в её теле. После браслетов даже воздух между ними казался проводником — она чувствовала его злость, его голод, его… нет, не жалость. Элиан Соларис не умел жалеть.
— Ты опоздала, — бросил он, останавливаясь в метре от неё.
Его рука непроизвольно сжала запястье, где спираль вздулась, как живая.
— Ты начал без меня? — она кивнула на треснувшую печать над озером — след его магии.
— Пытался. — Он усмехнулся, сбрасывая плащ. Под ним был только чёрный пояс с клинками и шрамы — старые и новые, их серебристые переплетения светились в темноте. — Но печать требует двух. Тех, кто связан.
Мирра почувствовала, как спираль на её запястье сжалась. Связан. Это слово теперь звучало как проклятие.
— Значит, работаем вместе. Как всегда.
— Как всегда, — он повернулся к печати, но она заметила, как его взгляд скользнул к её шее, где пульсировала руна Аштар.
Они встали по обе стороны печати — древнего круга с рунами, которые даже Элиан не решался читать вслух. Его голос прозвучал механически:
— Коснись внешнего кольца. Я займусь внутренним.
Мирра прижала ладони к холодному камню. Магия печати ударила в неё, как ножом под рёбра. Она вскрикнула, но Элиан уже начал ритуал — его руки летали над рунами, высвобождая магию, которая пахла гарью и медью. Озеро забурлило, и из глубины поднялись тени — силуэты с пустыми глазницами и ртами, полными пепла.
— Не отрывай рук! — крикнул он, но его голос дрогнул.
Мирра стиснула зубы. Тени обвили её ноги, их прикосновения оставляли ледяные ожоги. Она почувствовала, как Элиан через спирали делится с ней силой — его магия текла в неё, горячая и едкая, заполняя каждую вену.
— Ещё… немного… — он рычал, его руки дрожали.
Внезапно печать треснула. Волна энергии отбросила их друг к другу. Мирра ударилась о его грудь, её пальцы впились в шрамы. Элиан застонал, но не от боли — спирали на их запястьях вспыхнули, и она почувствовала это. Желание. Грубое, неотфильтрованное, как удар кулаком в живот.
— Отпусти, — прошипел он, но его руки обвили её талию, прижимая ближе.
Тени поднялись выше, их шёпот стал громче: «Сломайте печать. Станьте тем, что вы есть — огнём и пеплом».
Мирра попыталась оттолкнуться, но Элиан прижал её к скале. Его губы нашли её шею, зубы впились в руну. Волна боли смешалась с тем, что исходило от спиралей, и она выгнулась, впиваясь ногтями в его спину.
— Мы… должны… остановиться… — её голос превратился в стон.
— Слишком поздно, — он захватил её губы, и в этом поцелуе не было ничего, кроме ярости и отчаяния.
Тени окружили их, но Элиан махнул рукой, создав барьер из чёрного пламени. Оно отрезало их от мира, оставив только камень, тени и друг друга. Его руки рвали её одежду, её ноги обвили его бёдра, шрамы-спирали светились, как раскалённые провода. Каждое движение было битвой — он вгонял в неё себя с яростью, словно хотел стереть границы между их телами, а она отвечала укусами, царапинами, пытаясь доказать, что всё ещё контролирует хоть что-то.
— Ты… ненавидишь… меня… — он выдохнул, его лоб прижался к её.
— Да. — Она вцепилась в его волосы, заставляя смотреть в глаза. — И ты тоже.
— Нет. — Его руки дрожали, сжимая её бёдра. — Я ненавижу то, что ты делаешь со мной.
Озеро взорвалось. Вода поднялась столбом, унося тени в небо, а печать разлетелась на осколки. Элиан прикрыл её своим телом, осколки впились в его спину, но он не издал ни звука.