– Да чего тут спорить? – крикнул кто-то из сидящих в зале. – Дело понятное! Надо и не только охотничье с собой взять. На такое дело кто же пойдет без оружия?
Это заявление зал встретил одобрительным гулом. Зрителей собралось много, и всем не терпелось высказаться.
– Друзья, товарищи, оружие может приобрести каждый. Зарегистрировались в обществе охотников, и все дела. Куда императору с магией против технологий этого мира! – продолжил человек со сцены.
Люди в зале орали, перекрикивая друг друга, на языке Первого Мира, и это возмутило Фрема больше, чем их тупые рассуждения. Вот же дураки беспечные! А о последствиях не думали? Ноги несли его на сцену, объяснить всем, что они идиоты…
На плечо упала тяжелая рука. Кажется, Аластер почувствовал его состояние и решил успокоить. Лучше бы того умника на сцене успокоил! Фрем резко дернул плечом, скинул руку, но остался на месте.
Они стояли у приоткрытой боковой двери зрительного зала, не заходили внутрь, и уже минуты три слушали вместо того, чтобы разогнать этот балаган.
– Молодцы, хоть додумались приглушить звук вокруг зала, – прошептал Роланд.
Фрем прислушался – и правда, звуковые волны распространялись необычно. А за несколько шагов от высоких дверей зрительного зала царила обычная тишина почти пустого общественного здания.
– Ну, и что будем делать? – спросил он.
Роланд тоже смотрел на Аластера вопросительно.
Тот стоял, уставившись в пустоту. Этот взгляд Фрем отлично знал. Обычно за ним следовали точно выверенные указания. Вероятно, Аластер за пару секунд успевал просчитать массу вариантов и выбрать лучший.
– Рома, пообещай выполнить любую мою просьбу.
Роланд нахмурился.
– Мог бы не говорить. Конечно выполню!
На лице его мелькнуло сомнение – зачем переспрашивать очевидное? Они давно понимали: просьбы остались в прошлом, наступало время отдавать приказы.
– Хорошо, идите за мной!
Аластер распахнул дверь и размашистым шагом направился по проходу в центр зала. Фрем и Роланд пошли следом. Сначала их заметили и узнали немногие, но постепенно сидящие в креслах начали беспокойно оборачиваться. Кто-то отчетливо прошептал:
– Александр Се…Сергеевич
Фрем, подражая друзьям, шел уверенно, с расправленными плечами и старался не зыркать злобно по сторонам. Когда они подошли к сцене, в зале наступила неестественная тишина.
– Александр Сергеевич, – на языке Второго Мира начал оратор на сцене, – мы не ожидали вас… наше собрание…
Тишина сгустилась, Аластер неторопливо поднялся на сцену. Фрем испугался, что люди решат сбежать из зала, но виновники сидели на местах тихо.
– Доброе утро, товарищи, – спокойно начал Аластер, и негромкий голос эхом пронесся по залу. Возможно, это была магия. – Рад видеть отряды в добром здравии и общем единении. А вы, Степан Игоревич, – Аластер обернулся к предыдущему оратору, который попытался слезть со сцены, – останьтесь, пожалуйста.
Степан Игоревич послушно замер. Он начал приходить в себя, прокашлялся и даже подал голос:
– А-Александр Сергеевич, мы рады видеть вас… Чем обязаны визиту?
Фрем задохнулся от возмущения, а Роланд беззвучно рассмеялся. Вот такой выдержке нужно учиться будущему революционеру!
– Тема собрания уж очень интересная, не мог пропустить. – Аластер подошел к столу, на котором лежали ружье и коробка с патронами.
– Степан Игоревич, будьте любезны мне помочь!
– Я?.. Помочь?..
– Зарядите пожалуйста ваше замечательное ружье, отойдите на другой конец сцены, прицельтесь мне в голову и нажмите на курок.
Зал охнул, а Фрем не вовремя икнул. Он верно расслышал? Степан Игоревич, вероятно, тоже не понял указание. Аластер подошел к нему, сунул в руки ружье и медленно повторил:
– Зарядите и стреляйте мне в голову!
– Александр… Сергеевич… вы шутите? – под стальным взглядом Аластера он все-таки подошел к столу, трясущимися руками взялся за ружье, но рассыпал патроны.
– Роланд?.. – прошептал Фрем, но друг шикнул в ответ, хотя у самого лицо напряглось и побелело.
– Я не буду этого делать! При всем уважении, но вы права не имеете…
– Очень жаль, Степан Игоревич, вы не оправдали возложенные на вас надежды, – отчеканил Аластер. – Роман Николаевич, придется вам!
Услышав имя из Второго мира, Роланд вздрогнул, но совладал с собой и поднялся на сцену. В зале послышались шепотки, люди вскакивали с мест.
– Мне выполнить тот же приказ? – сухо спросил Роланд, подойдя к столу.
– Да. А вы, Степан Игоревич, сойдите со сцены. В вашем присутствии больше нет надобности.