– Простите! – Пробормотал он, сворачивая лист. – Мне срочно надо отлучиться… в уборную. Дело не терпит отлагательств!
Под неприязненным взглядом Распорядителя он выскочил из комнаты, которую делил с пятью слугами, и почти бегом устремился в единственное помещение, где он был предоставлен сам себе.
Да, сегодня утром он ждал от друга последних указаний – отмены или подтверждения.
Только бы не сегодня! – взмолился он неведомо кому, бросая лист со списком на подоконник и доставая из кармана свой ежедневник. – Кто же знал, что у них тут такая загрузка в день бала! И хоть бы кто-нибудь предупредил!
Понимая, как по-детски звучат оправдания, он раскрыл кожаную книжицу на нужной странице. Там, выведенное точным почерком Аластера, стояло всего лишь одно слово: «Да!»
Фрем нервно хохотнул и вырвал страницу, потом он быстро заморозил ведро воды, забытое горничной, и направил весь откат на листик. Тот послушно обуглился, и пепел улетел в раковину.
Не верилось, что все началось! И за окном разгорался день, который войдет в историю Первого Мира!
Фрем сел на крышку унитаза и понял, что сейчас расплачется или закричит или сломает тут что-нибудь. Не магически, а руками. Раз все в силе, значит, у него проблема. Большая, огромная проблема! Он должен подготовиться к прибытию Аластера и Альтаира. Несколько дел, провернуть которые можно было только сегодня, он тщательно распланировал и выверил до минуты, а теперь его план, точный, как часы, летел в тартарары из-за того, что, видите ли, Цесаревне надо будет писать письма и встречать новых дармоедов. Разумеется, сама она этим заниматься не будет и поручит своему помощнику, то есть ему. Что же делать-то?
Ладони вспотели, сердце бухалось в груди, а мозг судорожно просчитывал варианты. Для подготовки к их главному делу требовалось в общем-то немного, вот только выполнить все это немногое он должен обязательно в первую половину дня. Поэтому главный пункт в собственном плане выживания: «Веди себя как обычно и не привлекай внимания», жестко противоречил всем остальным действиям на сегодня.
Ага! Сбеги с работы, пропусти пробуждение Цесаревны и не выполни свои обязанности – прекрасный способ не привлечь к себе внимания и не запороть в самом начале главное дело их жизни.
Он хаотично рассматривал и отбрасывал идеи, как ему освободить утро: сказаться больным – не пойдет, тут слуг лечили быстро, за две минуты откатывая болезнь на заключенных. Понятия «выходной» в Первом мире тоже не существовало, а об отпуске не слышал даже сам Император. Положение казалось безвыходным.
Послышались раздраженные голоса, и в дверь постучали. Пока вежливо, но настойчиво.
Фрем крепко сжал руку в кулак. Он должен собраться, прийти в себя и приступить к делу. Для этого надо покинуть уборную и выдвигаться к покоям Цесаревны… Но как же ему страшно!
В душе он был благодарен небесам, в могущество которых не верил, что Цесаревна обычно не пересекается с Императором и тот не сможет почуять его панику.
«Сегодня в любом случае все решится!» – стучало в голове и отдавалось в пятках.
Чтобы потянуть время, Фрем еще раз смыл воду и вымыл руки… два раза. Его ни с того ни с сего рассмешила мысль, что устройство унитазов в двух мирах одинаковое, разница лишь в том, что в магическом мире вода в бачок набирается при помощи огромной откатной бочки. Это показалось ему таким забавным, что, пряча дневник и план дня Цесаревны во внутренний карман белоснежного рабочего сюртука, он едва сдерживал хохот.
Он вышел из уборной, удрученно развел руками в ответ на сердитые взгляды своих соседей и направился по темным и пустым еще пока коридорам дворца к покоям Цесаревны. Некоторое время Фрем боролся со смехом, но когда это ему удалось, на освободившееся место скользнула холодная липкая паника.
Однако минуту спустя он забыл о своем страхе и даже о Революции, которая должна была сегодня грянуть, потому что в покоях Цесаревны происходило что-то неправильное: белоснежные двери оказались приоткрыты, из щели лился теплый свет. Вечером все было в порядке, он сам закрывал эти двери.
Фрем услышал шум собственного сердца где-то в ушах. Неужели что-то уже пошло не так? Он ведь не успел еще ничего испортить!..
– Маркус, ты чего?
Фрем вздрогнул и оглянулся. Его окликнула девушка, отвечающая за поддержание тепловой магии во дворце. Служанка внимательно разглядывала его, и этот расчетливый, опасный взгляд отрезвил. Фрем даже смог улыбнуться:
– Все отлично, красотка. Начинаем новый день. Все как всегда. Да?
– Угу, эт точно, – протянула служанка и пошла дальше проверять температуру в разных помещениях дворца, а Фрем, собравшись с мыслями, тихонько постучал в полуоткрытую створку. Потом подождал еще минуту, обдумывая варианты, и все-таки решился войти.