Он приготовился увидеть, как Регина выльет яд на один из цветов, чтобы отравить его, но она поболтала флакончик и быстро выпила содержимое сама.
Раздался возглас. Это Бернард крикнул что-то невнятное и сделал шаг вперед, но Аластер остановил его. Регина должна была прямо сейчас умереть, и Альтаир с интересом наблюдал за ней. Странная все-таки у них компания!
Регина еще ниже склонились над цветами. Положенные десять секунд пролетели, но умирать она не спешила, а продолжала стоять над цветами, бормоча под нос невнятные слова.
Так вот какая она – сложная магия, о которой Альтаир не имел ни малейшего понятия. Впрочем, заклинание оказалось не очень эффектным. Регина не засветилась и не выплеснула языки отравленного пламени на цветок. Через минуту она тяжело выдохнула, выпрямилась и развернулась к ним.
– Все готово, – произнесла она, немного качаясь.
Бернард отмахнулся от Аластера и кинулся к ней. Она не стала сопротивляться и почти повисла на нем.
– Регина, так это и правда ты? – Он крепко обнял ее, будто любящий сын. Да что это у них за общая матушка такая?
– А Фрем уже в курсе? – спросил Бернард, обращаясь к Аластеру.
Тот отрицательно покачал головой.
– Нет. Я пока не представляю, как ему сообщить.
Бернард почесал затылок.
– Да уж, он в восторге не будет.
– Мой князь, не могли бы вы мне объяснить, – обратилась Марго к Альтаиру. – А что тут сейчас произошло?
– Что же вы не рассказали о нашем замысле Марго? – поинтересовался Альтаир у наглого Бернарда.
Тот оторвался от Регины и пожал плечами.
– Я и сам из письма не очень его понял. Кстати, мое настоящее имя Роланд…
– Это не имеет значения, – отрезал Альтаир и развернулся к Марго. – Дело в том, что эта женщина, – он указал на Регину, – очень сильная волшебница, и она только что применила к солнечному цветку особую магию. Внешне он теперь ничем не отличается от остальных, можете убедиться в этом сами, но стоит Виктору его использовать для отката, как он… а что с ним произойдет? Он умрет? – с надеждой поинтересовался Альтаир у Регины.
– Нет-нет, – та мягко улыбнулась, – это создание так просто не убить, к сожалению. Но цветок обездвижит его на достаточное время, пока мы не придумаем, как действовать.
– Замечательно! – оживилась Марго. – Значит, нет нужды сражаться с ним, достаточно подождать, когда он использует именно этот цветок. Верно?
– Ни в коем случае! – возразил Аластер, который внимательно осматривал цветок. – Магия произведена великолепно, но все же оставила след. Виктор может его заметить и обезвредить наш сюрприз. Надолго их оставлять наедине нельзя.
– Тогда как же вы собираетесь вынудить его использовать этот цветок? – Марго требовательно посмотрела на Альтаира, и у него внутри все сжалось в тугой узел.
– Я атакую первым, чтобы у него не осталось выбора.
Альтаира бросило в пот от собственной фразы. Звучало так, будто он говорит о надежном способе самоубийства.
Марго, судя по ее виду, подумала так же, потому что ее обычно мягкие глаза округлились и заледенели. Она приоткрыла рот, потом совершенно бестактно закрыла его, потом снова открыла и воскликнула:
– Вы? Вызовите? Его?
– Можете кричать, – ответил Аластер, продолжая осматривать цветок, – на каюту наложены чары, блокирующие звук.
– Господин Рикмор, – отчеканила она, оборачиваясь к Аластеру. – Я вовсе не собираюсь, как вы выразились, кричать, но я не понимаю, как такое возможно. – Она развернулась к Альтаиру и спросила мягко: – Неужели вы полностью овладели Силой Тьмы?
Марго не знала, что из себя представляет их семейная сила и какую цену она запрашивает, поэтому Альтаир улыбнулся и ответил:
– Полностью.
Марго еще какое-то время смотрела озадачено, потом ответила:
– Что ж, в таком случае мне пора готовиться к прибытию. Прошу проводить меня в каюту.
– Я помогу вам с маскировкой! – заявил Аластер, и Альтаир мог лишь посмотреть им вслед. Наглец Роланд тоже пошел, как он выразился, наводить марафет.
– Регина, с вами все хорошо? – спросил Альтаир вежливо, когда каюта опустела.
Женщина сидела на кушетке, и, казалось, чувствовала себя неважно.
– Конечно, дорогой, – ответила она тихо, и Альтаир вздрогнул. Кассандра тоже называла его «дорогой», но он впервые услышал, как это слово произносят искренне, не с затаенной угрозой или издевкой. Отчего-то ему захотелось подсесть к Регине и позволить себя обнять, услышать, что все будет хорошо и у них все получится…
– Какой откат у этой магии? – уточнил он, смутившись.
– Сущий пустяк, дорогой. Поверь, сущий пустяк, – прошелестела Регина, и в голове у Альтаира вдруг взорвался визгливый смех: