Однако вечный танец переплетенных волокон выглядел так гармонично! С беспокойством Стивена были связаны множество других ниточек – толстых, тонких, длинных, коротких, тусклых и немного светящихся. Что будет с ними, если порвать эту?
Алисе вдруг представился совершенно другой Стивен: чуть более спокойный, не так быстро краснеющий от возмущения, не бегающий целыми днями за своими подопечными, не проверяющий по десять раз их расписание и не задающий вопрос: «А где ваши носовые платки, юные господа?» Другой Стивен… безразличный.
В ужасе она отпрянула от воспитателя и оттащила от него свои… не руки, но какие-то другие, невидимые потоки, которыми она, оказывается, уже успела охватить его.
Их шаги чеканным эхом разносились по галереям и лестницам, отдаваясь в душе страхом. Что с ней творится?
– Госпожа Алиса, вам нездоровится? – участливо спросил Стивен.
Она мотнула головой, отгоняя липкий мираж.
– Просто уезжать не хочется…
– Понимаю, – воспитатель довольно кивнул, – Эмбер оставляет неизгладимое впечатление.
Вечная ночь и Солнечные цветы, которые свербят в голове, черная фабрика и покалеченные спирали старого князя… Неизгладимых впечатлений тут было хоть отбавляй!
– Вы правы! – ответила Алиса, собирая волю в кулак.
Спустя час их экипаж добрался до места. От сумбурного прибытия в темное княжество ей мало что запомнилось, и сейчас Алиса засмотрелась на ярко освещенное здание порта. Где-то там, за величественными колоннами, вздыхало невидимое темное море, и птицы, не различающие здесь день и ночь, с криками кружились над волнами.
– Боюсь, мероприятие затянулось! – Стивен не выносил, когда сроки в расписании нарушались, и особенно досадовал, если это случалось по причинам людской халатности – то есть практически всегда.
Экипаж, прокатив через темные галереи и несколько высоких ворот, выехал прямо на причал, к громадному паруснику.
У трапа, принимая достойные княжеские позы, позировали Люций с Деймосом. Они эффектно вскидывали ладони ко лбу, задумчиво глядели в морскую даль, пожимали руки достойным эмберским старичкам, брали на руки испуганных девочек с белыми бантиками, и делали это так хорошо и старательно, что Алиса, не сдержавшись, рассмеялась. Однако тут же осеклась, когда за плечами братьев устало закрутились их Спирали: сапфировые у одного и лимонно-бежевые – у другого.
Хорошо, хоть к Деймосу ее не подпускает Кассандра, а Люций… нужно быть осторожнее!
В порту сновали толпы людей. Эмбер был самым популярным туристическим маршрутом Первого мира, да, к тому же, сегодня отходило княжеское судно – провожающих собралось немало, и большая часть их жаждали лицезреть княжеских наследников.
Деймос начал короткую импровизированную речь о том, что в этом году им с братом была оказана высокая честь, и они примут участие в реконструкции великих событий в Адаманте. Напомнил всем, что начало Революции было положено не где-то, а именно здесь, в их родном княжестве, и закончил настолько общими фразами, что слушатели перестали воспринимать слова и бурно аплодировали.
Когда толпа немного поредела, Алиса приготовилась выходить из экипажа, но не тут-то было. Репортеры опять принялись выставлять свои пластины, а зеваки заново стянулись к княжескому кораблю. Оказалось, что по пирсу, окруженный охраной и помощниками, приближается Роланд.
Стивен с Алисой вздохнули и уселись назад в свои кресла.
– Госпожа Алиса, раз уж мы вынуждены ждать, – начал Стивен, роясь в кожаном портфеле небесно-голубого цвета, – у меня для вас есть подарок. Я планировал вручить его на прощание, но боюсь, что из-за этого вопиющего беспорядка отправление корабля будет происходить в суете. Поэтому лучше сейчас…
Он извлек и вручил Алисе толстенную книгу в бархатном малиновом переплете. «Этикет: все тонкости от рождения до коронации» – гласили золотые буквы
– Это подарочное издание, – пояснил Стивен. – За время вашего визита мы успели изучить многое из сложной науки этикета. Признаюсь, что мне редко… практически никогда не доводилось видеть столь усердного наслед… простите, ученика. Однако освоить все тонкости за столь короткий срок было просто невозможно. Уверен, что с вашим рвением, усидчивостью и с помощью этой книги, в следующий визит вас нельзя будет отличить от достойной молодой княжны.
Он горестно вздохнул, глядя в окно, как уставший Люций орет на особенно назойливого репортера.