– Да. Я уверен.
– Самонадеянность и глупость, – отрезал отец. – Обуздать ее нельзя, она возьмет у вас все, что захочет.
– Но кто она, отец? Откуда взялась в наших душах?
Князь долго молчал, пока, наконец, не произнес:
– Это не важно. На самом деле, для вас уже ничего не важно… – он не успел договорить. Дверь распахнулась, и на пороге показалась мать.
– Я не вызывал вас! – неожиданно громко прокатился по кабинету отцовский вскрик.
Княгиня удивительным образом не обратила на него внимания, свежим вихрем пронеслась по кабинету и застыла у стола в идеальном полупоклоне.
– Прошу прощения, что прерываю вашу аудиенцию, но я должна сообщить важную новость: журналисты собрались на площади и с нетерпением ждут, когда на главном балконе появится новый носитель Силы Тьмы. Они взволнованны тем, что им стал не старший наследник.
В кабинете повисла тишина.
Матушка продолжала стоять со склоненной головой, так что лица ее было не разглядеть. Деймос пытался понять, что происходит, и не мог. Поведение венценосных родителей перестало укладываться в какие-либо правила. Начать с того, что он впервые видел их вместе в неофициальной обстановке, почти наедине, и оттого чувствовал дикую неловкость.
Но больше всего удивлял отец. Он замер, не давая сигнала выпрямиться, и этот нелепый поклон знатнейшей из дам длился уже больше минуты. А она ведь всего лишь… Деймоса вдруг окатила жаркая волна. А как матери стало известно, что сила у него? Как она успела вызвать прессу? Зачем, собственно, торопиться?
– Значит, – подал голос князь, – вы решили так?
– Да, я решила так! – ответила княгиня, не запнувшись.
Деймос понял, что смысл происходящего не будет расшифрован им без дополнительной информации и решил хотя бы сгладить ситуацию.
– Может быть чаю? – предложил он с улыбкой, протягивая матери свою нетронутую чашку, но отец сделал резкое движение рукой, и тонкий фарфор, жалобно звякнув, разбился об угол стола.
– Прошу прощения, – процедил князь, – чаепитие отложено. Идите. Вас ждут.
В настоящем Деймос устало перевернулся на бок.
Уже несколько часов Кассандра не давала ему уснуть, крутила мысли в его голове, показывала воспоминания.
– Я прекрасно все помню, не могла бы ты отстать от меня?
– Ты точно хорошо всё вспомнил? Ничего не упустил?
Деймос раздраженно вздохнул и резко сел в кровати. Рядом сопел Люций, было не больше двух часов ночи, и вопли в коридоре мальчиков только недавно утихли. Расхлябанная дверь не скрывала шумы, а как будто усиливала их.
Впрочем, нормальный сон ему сегодня все равно не светил – с разговорившейся Кассандрой это было невозможно. Хотя, раз у нее такой настрой, надо это использовать.
– Я точно все посмотрел, ты мне лучше ответь, что ты имела в виду, когда сказала: Алиса тебе больше не страшна, они скоро поглотят друг друга? – задал он вопрос, который не давал ему покоя в последние недели.
– О, мой дорогой, то и имела в виду, что сказала. Он совсем скоро вернется, она уже выпустила его. И скоро они сойдутся в схватке, какой не знал мир, а мы останемся танцевать на его пепле. Всё как я люблю!
– О чем ты говоришь?
Она расхохоталась так яростно, что у Деймоса помутилось в глазах.
– Замолчи! – крикнул он, и Кассандра утихомирилась.
Из темноты, со стороны кровати Люций, раздался голос:
– Ты с кем говоришь?
Кажется, он орал на Кассандру вслух!
– Говорю? Я разве что-то говорил?
– Да, и говорил, и кричал. Я теперь еще с лунатиком должен спать в одной комнате?
У Деймоса вдруг закончились силы. На все. На борьбу с Кассандрой (она все равно заберет все, что ей нужно), на постоянное вытягивание Люция на поверхность – отработка вины, в которой он даже не виноват, и на саму жизнь…
Однако тут его кровать скрипнула – брат сел рядом, и он увидел его глаза – сонные, немного испуганные, но без того обычного огонька, который он уже привык в них видеть. Без ненависти!
– Ты же будешь целителем. Сможешь вылечить больного братика от опасной хвори, потренируешься на мне, – рассмеялся Деймос.
Люций фыркнул:
– Ночные беспокойства отлично лечатся и классическим способом. Нужно только найти откатную пару – человека, который спит слишком крепко.
– Неужели такие счастливцы существуют? – Деймос откинулся на жесткую подушку.
– Да, и одного из них ты только что разбудил своими воплями.
Недовольный Люций вернулся к себе, и его кровать истерически заскрипела в темноте.
Деймос улыбался. Пока брат не видит, он бесшумно смеялся, чувствуя, что победил. Он смог. И, значит, сможет дальше. А теперь надо было хоть немного поспать.