В голове метались мысли. «Прорывы бывают редко, очень. С времён войны я помню от силы девять попыток пробраться в наш мир, и это за более чем пятьдесят-то лет. А тут — аж два прорыва. Оба с участием фурри, в обеих группах кошачий. Совпадение? Вот уж не думаю».Машина привезла меня к зданию, оцепленному полицией, среди которых были и люди департамента в чёрной, как и я, форме. Как обычно, они контролировали, чтобы полиция не залезла куда не надо, что сильно упрощало работу по поиску следов. Кислотный дождь уже закончился, и я решил не обновлять «зонт», а просто вышел на свет тускнеющих утренних фонарей.
Огражденный лентами периметр охранялся, и ко мне направился крупный боец в штурмовом полицейском бронекостюме. Однако он преградил путь лишь на мгновение, даже не заставив замедлить шаг, когда его сканеры считали мои биометрические документы.
— Слава Терре! Проходите! — отсалютовал он в небо. Лениво кивнув, я вскинул левую руку, как гласил устав. Если при тебе оружие, то отдаёшь воинское или партийное приветствие свободной рукой, если же свободных рук нет, то не отдаёшь вовсе.
Меня тут ждали и оцепили этаж с квартирами, заперев людей по комнатам или просто-напросто переселив на время в другие места. Наблюдательные системы были выключены уже нашими — меня не должны были видеть лишние люди. Что поделаешь — секретность отдела AF (антифурри) распространялась и на меня, мультимага и видящего 12 ранга.
— Мистер Хелл Клаус! — поздоровался со мной дежурный по событию, мужчина средних лет в звании старшего лейтенанта. — Эксцесс произошел на тридцать втором этаже, но вы, наверное, это и так знаете?
Я кивнул. Старлея я не знал — наверное, кто-то из молодых. С этой эфкой сплошная путаница: перед тобой может быть на вид молоденькая девушка, а по документам ей будет уже 80 лет, почти как мне, а может, и потрепанного вида мужчина, по сути едва разменявший всего лишь пятый десяток. Иногда я смотрел на их документы, используя свои способности, чтобы понять, кто передо мной. Сам же, чтобы не смущать служащих, хоть и пользовался омолодителем, однако остановил свою внешность на возрасте примерно в тридцать пять-сорок лет, что вполне подходило под моё звание и занимаемую в департаменте должность. Это другие пусть молодятся, а мне особо незачем: девушкам лёгкого поведения всё равно, как я выгляжу, а на работе вид сорокалетнего байкера, почему-то надевшего китель, пригождается куда как чаще. Всё-таки правильно, что в особом департаменте не дают продвигаться по службе совсем молодым, особенно тем, кто не видел войны со Спиритом.
Глава 10. Отражение в пепле
От самой мысли о антисистеме меня передёрнуло. Да, я не воевал сам, а возился с аналитикой, настраивал массовые заклинания, кодировал механизмы, снаряды, ракеты, разрабатывал циклы для массового умерщвления врага… Так сказать, не видел спиритов вблизи, но последствий деятельности «положительных», как они сами себя называли, насмотрелся вдоволь.
Это было прекрасно, что в нашем мире победили мы, а не они. И такой малой кровью. Нет ничего опаснее фанатиков, думающих, что совершают благие дела, а по факту льющих кровь цистернами под радостный подсчёт рейтинга.
Меня передернуло снова. Всё, что мне сейчас поведал дежурный по событию, я уже знал. Спалили двухэтажную квартиру магу, свидетелей нет — никто никого не видел, на камерах троица с засвеченными лицами, у двух видны хвосты, засвеченные тоже. Но я тут не для того, чтобы констатировать факт прорыва — это и без меня понятно. Я тут для того, чтобы вычислить врага и дать на него наводку силовикам, а для этого мне нужно прочувствовать место полностью. Окунуться в событие, надкусить его, понюхать, пощупать ментально, стать на мгновение тем, за кем охочусь — грязным фурри, не животным и не человеком одновременно.
Этаж встретил меня еле ощутимым запахом гари. Кондиционеры и вытяжка работали на полную мощь. Да, квартиры тут и правда недешевые, убитый маг, обладатель зеркала, не бедствовал. Мне до таких хором копить и копить, а ведь я на особом счету у системы и даже пятьдесят третий в своей Т-тысячи.
— Оставьте меня, — холодно приказал я.
— Слава Терре! — отсалютовал дежурный и удалился, не проронив больше ни слова. Значок черепа с ушками на моей фуражке указывал на то, что командам офицера AF нужно подчиняться быстро и беспрекословно.
Я снял головной убор и, повесив его на ручку двери соседней квартиры, распустил волосы. Единственное, почему мне разрешили носить такую причёску, было даже не участие в далёкой войне, а моя врожденная особенность. Мои волосы работали как антенны, позволяя сканировать местность лучше любого другого видящего или творить циклы эффективнее любого мага, не выходящего за пределы своего класса.