Кот вбежал во дворик, где заметил, что среди брошенного бытового барахла местных жителей лежит человек. Как раз тот, которого настигли пули дверной ловушки. Тот, от которого и отделялась фиолетовая тень, скользнувшая вниз. Возможно, у человека было какое-то оружие, но главным сейчас было другое.
На противоположной стороне маленького — двадцать квадратных метров — дворика вжался человек с надетой маской шаманов африканских племён, а из жилища Мяча, отворяя искромсанную пулями дверь, выползло существо темнее самой тьмы. Оно было метра три в высоту, с шестью лапами и бездонной, усыпанной кучей мелких зубов пастью.
— Ом намах Шивая! — произнёс кот, затормозив на самом краю дворика.
И их глаза встретились: колдуна Тирипса, вызванного трёхметрового демона и полутораметрового белошёрстного фурри.
— Взяяяяять! — заверещал колдун, и послушный демон ринулся на киллера.
Мяч побежал по двору направо, ближе к парню в странной маске, выхватив пневматические пистолеты и посылая кучи шаров в сторону демона. Но, казалось, тварь даже не чувствовала урона. Длинными прыжками монстр настиг кота, и четыре когтистые лапы одновременно ударили с двух сторон.
— Мя-ау! — скользнул под ногами у чудовища фурри, выронив пистолеты, но освобождая из разгрузки пару гранат.
Усики предохранительной чеки были разогнуты заранее у обоих взрывчатых устройств, и Мяч просто бросил два зелёных цилиндра себе за спину.
— Тирипс! Он сзади! — кричал колдун.
Но было поздно. Монстр помедлил какие-то секунды, и двойной взрыв, от которого Мяч инстинктивно съёжился, разворотил демона пополам.
Кот повернулся, наблюдая, как шестилапая тень сращивается на глазах. Тогда он посмотрел на колдуна и заметил, что с картинкой что-то не так. Как будто солнечный лучик мелькнул у него перед глазами — яркий кусок света, на который невозможно было смотреть. И это в полной-то темноте!
— Их двое и демон, жуй скорее лист! — зазвучало в голове киллера, но дикая боль ужалила его левую руку, глубоко прибивая его к стене жилблока, так, что ноги не могли достать до земли, как ни пытайся.
Что-то, на что нельзя было смотреть, приближалось, и Мяч, щурясь, ощущал его дыхание. Это был человек без трансформаций, но человек с прожектором вместо лица. И вот враг уже был рядом. Настолько, что Мяч мог слышать его шёпот.
— В Спириты подался, драный кот?
Левая рука была намертво пригвождена, а ноги едва носочками касались пола. Боль окатывала фурри от руки по всему телу, но у Мяча ещё оставались кошачьи козыри. Он резко прижал свои ноги к груди, а правой рукой схватился за ворот Безликого — в том, что перед ним находился именно Т-второй, кот уже не сомневался. Несколько царапающих ударов когтями, что выскользнули из специальной обуви для милитари кошек, пришлись куда попало, но пришлись как раз кстати. Т-второй завопил и попятился. Завопил и колдун, приказывая демону скорее убить Мяча. Однако киллер вытащил из кармана лист и кинул его в рот.
Время замедлилось. Теперь был виден темнокожий Т-второй, жалеющий своё лицо, на котором проступали глубокие раны от кошачьих когтей. Медленно бежал на Мяча сросшийся шестилапый демон. Совсем басом голосил колдун. И среди всего этого безумия почему-то вспомнился вопрос Эйни.
— Мя-ач… А ты что выберешь при первой твоей несгорайке?
“Первая несгорайка”, — мелькнуло у Мяча, а взгляд упал на убитого ловушкой бойца Тирипса.
— Спирит! — вскричал Мяч и система внемлила ему.
“Телекинез, ранг девятнадцатый”.
— Пойдёт! — пришёл в себя Мяч, извлекая свободной рукой катану, а сознанием желая, чтобы последний зелёный листок коки вылетел из его кармана и повис между ним и бегущим демоном.
Сталь рубанула лист повдоль, легко расщепляя свою цель, омывая часть лезвия зелёным соком. Мяч кромсал подвешенный листок перед собой до тех пор, пока демон сокращал дистанцию, но времени уже не было. Тварь обогнула Т-второго и уже занесла свои лапы над пригвождённым котом, однако киллер взмахнул своим оружием, очерчивая полукруг.
Конечности чудовища посыпались на пол, медленно тая на асфальте.
— Куда?! Жри его!!! — кричал колдун, наблюдая, как отступает его творение, отступает и проваливается туда, откуда он его призвал.
Второй тем временем доставал из-за пазухи пистолет и пытался целиться в Мяча сквозь текучую кровавую завесу из рваных ран на лице.
— Спирит! — шепнул Мяч, бросая катану вперёд, и поддерживаемое телекинетическими силами оружие крутанулось вокруг своей оси, затем вонзившись в рот адепту тьмы.
— Тирипс! — вскричал колдун, указывая на землю перед собой, где прямо из асфальта выросли трое.