Я говорила почти автоматически, думая о своем. Каково же было мое удивление, когда Лерочка вдруг схватилась за голову и в голос зарыдала. Все бросились к ней, а я с ужасом стала вспоминать, что же такое брякнула.
— Ты что? — нежно взял ее за руку Юра, а она, глядя на него полными слез глазами, с обидой сообщила: — Надя рассказала мне, что все люди умрут. Неужели это правда?
И заплакала еще пуще. Я поняла, что силы мои на исходе. К тому же часы показывали, что до закрытия метро времени осталось впритык. Разумеется, из ресторана положено возвращаться на такси, но я пока еще не получала своей бешеной зарплаты и не могла себе этого позволить.
— Ты куда? — невежливо осведомился Витя. Порадовавшись, что собралась не в туалет, а в место, о котором не стыдно поведать миру, я пояснила:
— Домой.
— Я тебя провожу.
Против провожанья я возражать не собиралась. И, если б вы посмотрели на пустырь между трамвайной остановкой и моим домом, вы бы меня поняли. У выхода из «Прибалтийской» к нам подкатило такси.
— Хочешь на такси? — сдавленным голосом поинтересовался мой спутник.
— Мне все равно.
Просияв, Витя небрежно отстранил навязчивый автомобиль, и мы двинулись к метро.
— После еды полезно пройтись. Разумеется, не слишком быстро, чтобы не было заворота кишок.
Я кивнула. Пройтись и впрямь не мешало, поскольку у меня, как у известного чижика-пыжика, весьма шумело в голове.
— Понимаешь, — покраснев, как рак, невнятно замычал Витя, — все зависит от реакции. У одного она быстрая, а у другого медленная. Понимаешь?
— Да, — изумилась я.
— Дело не в том, что один лучше, а другой хуже, понимаешь? Просто один соображает сразу, а другой потом. Он же в этом не виноват, правда?
— Правда.
Я понятия не имела, о чем речь, но спорить или расспрашивать не решилась.
— Я рад, что ты понимаешь. Он просто привык иметь дело с женщинами, вот и все. А я нет. Это не значит, что он смелый, а я трус. Если бы не он, то что-нибудь сделал бы я. Только я не успел.
Я наконец догадалась:
— Это ты о… об эпизоде с кавказцем?
— Да. То, что Олег тебя выручил, вовсе не значит, что он лучше к тебе относится. Просто я такой невезучий, что он меня обошел. Но все равно для него это несерьезно, а для меня серьезно, понимаешь?
Витя заикался, голос его дрожал, и это совершенно исключало произнесение вслух гулявших у меня в мозгу иронических речей. Я сказала:
— Не переживай из-за ерунды. Я прекрасно понимаю, что ты помог бы мне не хуже Олега. Да и вообще, я уже все забыла. Расскажи-ка мне лучше, чем отличается ментальное тело от астрального. Я не вполне уловила разницу.
Мне хотелось придумать тему, способную занять моего собеседника на всю дорогу. А то разговор чуть не скатился на нежные чувства, я же нынче не в состоянии их обсуждать. Меня словно качает на волнах, и хочется закрыть глаза.
У самой моей двери Витя жалобно попросил:
— Слушай, дай хоть стакан воды, а? От этих закусок безумно хочется пить. А лучше — чайку.
Закуски действительно подавались острые, и я неожиданно ощутила лютое желание выпить стакан обыкновенного чаю без сахара. Если мой провожатый слопал столько же, сколько я, лишить его возможности утолить жажду — преступление. И я уже поднесла ключ к замку, как вдруг вспомнила, что дома меня ждет не только Касьян, но и Амишка. А ведь Витя — один из подозреваемых! Если Софья Александровна шантажировала именно его, то он встречался с нею, а она почти не расставалась со своим псом. Увидев Амишку у меня, убийца тут же свяжет меня с Софьей Александровной, и последствия будут непредсказуемы. Это с одной стороны. А с другой, вдруг Витя не убийца? Тогда убийцей стану я, если уморю его жаждой. Неразрешимая дилемма для пьяной женщины!
Я пошла на компромисс.
— Подожди здесь минутку, — велела я, — а то у меня там жуткий кавардак. Я тебя сейчас позову.
И, заскочив в квартиру, обняла Амишку, пообещала «как только, так сразу» вывести его гулять и изолировала беднягу в спальне.
Чай у меня заварился чудесный. Витя пил да похваливал, а я почти спала. Потом он взял мою руку и начал нежно водить по ней своей, а я подумала, что меня, наверное, сглазили. Иначе почему ко мне за последние дни пристало больше мужиков, чем за всю предыдущую жизнь? Костика я укусила, Леню сшибла с ног. Неужели и Витю придется покалечить? Это уже не смешно. Что я, Кинг-Конг какой-то, что ли? Может, стоит немного потерпеть? В конце концов, это скорее приятно, к тому же Витя, в отличие от остальных, воспринимает меня как личность, а не просто как существо противоположного пола. Вообще характер мужчины легко определить по его отношению к женщине. Просто тест какой-то получается, который я не по своей воле провожу с несчастными «сириусцами»! Если бы еще из этого теста суметь сделать правильные выводы…
Размышления о разнообразных выводах весьма помогли мне развеять скуку, навеваемую методическими поглаживаниями ретивого поклонника. У него странное выражение лица… сосредоточенное до последней степени… словно он перемножает в уме шестизначные числа… ага, его рука передвинулась мне на шею… И тут меня осенило!
Дело в том, что в пятницу в Витино отсутствие мне пришлось залезть за данными прямо в его компьютер. И первое, что я в компьютере обнаружила, было не списком смежников, а перекачанной из интернета книгой на английском, посвященной сексу. Я не стала в нее вчитываться, но не могла не обратить внимания на поразительную картинку. Картинка называлась «Схема женщины»!!! Женщина была разделена на части, и в каждой части выделены красным эротические зоны. Оказывается, таковые таятся даже в самых невинных на первый взгляд членах тела, поэтому несчастная страдалица производила впечатление больной ветряной оспой. Так вот, я вдруг с полной несомненностью поняла, что именно расположение этих зон и вспоминал теперь Витя, пытаясь нажать точно там, где следует по инструкции, и ни на миллиметр правее или левее. Немудрено, что сей подвиг памяти стоил ему немалых трудов и отражался на лице! Зато какова предварительная подготовка, а? Это тебе не мальчишка, задирающий подружке юбку в порыве вдохновения, это современный деловой человек!
Вообще-то, я девушка воспитанная и культурная, однако бывают ситуации, когда чувства сильнее вежливости. Я пыталась бороться со смехом, но он переполнял меня, и вскоре я не выдержала. Сперва я просто смеялась, а потом, при виде бесконечного изумления Вити, стала хохотать. Я хохотала так, что на глазах показались слезы, а щеки заболели. Я не хотела никого обижать, а вот смешинка в рот попала, и все тут! Иногда мне почти удавалось успокоиться, но при одном воспоминании о схеме женщины все начиналось с начала.
Впрочем, бедный поклонник выносил мою нестандартную реакцию недолго. Он вскочил и убежал, хлопнув дверью, а я повалилась на диван и, не скованная наконец узами этикета, вдоволь навылась от восторга. Я продолжала подвывать, даже гуляя с Амишкой, а он, родимый, мне нежно вторил. Касьян же, которого я из присущего мне чувства справедливости тоже вывела во двор, мяукал так, словно годы его подвигов на ниве страсти не остались далеко позади, а были в самом разгаре.
Глава 9
Вернувшись домой, я обнаружила, что спать мне расхотелось. Я была бодра, как жаворонок. Будильник же нагло извещал, что через три с половиной часа мне вставать. Так стоило ли ложиться? И я раскрыла заветную тетрадь.
Итак, мною угадан еще один персонаж драмы. N1 — это Олег. Все точно:
«Анатолий Анатольевич Соболев.
Ирина Витальевна Соболева.
Валечка с мясной базы.
Трус. Не пережимать».
Ирина Витальевна Соболева — его любовница, а Анатолий Анатольевич Соболев — ее обожающий муж, который обладает огромной властью. Валечка с мясной базы… Ага, ведь Олег запечатлен не только с Ириной, но и еще с какой-то похожей на мочалку девицей. Вот она наверняка и есть Валечка. Только какой в этом снимке смысл? Вряд ли муж Валечки особо влиятелен и его стоит опасаться. А впрочем… Представляю реакцию светской Ирины, узнавшей, что у нее есть соперница, которая к тому же трудится на мясной базе. Если уж Ирина даже танец со мной восприняла как преступление, то за фото с Валечкой она задушила бы Олега собственными руками. Да, попал бедный, как кур в ощип. С одной стороны ревнивый муж, способный на все — возможно, вплоть до убийства. С другой — ревнивая любовница, способная не в меньшей степени. А с третьей — начальник и сослуживцы, которые никогда не простят конфликта с Соболевым и поломанной карьеры. А сам виноват — нечего спать с кем попало! Впрочем, я тут же нашла Олегу оправдание. Понимаете, он был слишком красив. Женщины не в силах оставить такое чудо природы в покое, а он… как быть, «если женщина просит»? Отказываться вроде бы неприлично. Иосифы прекрасные сейчас, боюсь, не в моде, да и в библейские времена имели множество проблем. Легче согласиться. А там пошло-поехало, и запутался парень.