— Может, чайку или кофейку? — спросила Полина.
— Давай я сделаю тебе кофейку, а сама чай попью. А то от кофе только больше засну.
— Не стоит, давайте я.
— Иди посмотри, как там Сеам, а я пока чайник поставлю.
Мне было приятно ухаживать за Полинкой, она славная девочка. Где-то я сопоставила ее с собой. Она и работала, и училась. Сама себя содержала и по мужикам не шлялась. Просто умничка. Когда вместе дежурим и выдается свободная минутка, можем многое без утайки обсудить, где-то ее жизнь, где-то мою. И я знала точно, что все, о чем мы с ней говорим, за пределы нашего с ней общения не выйдет. И так же с моей стороны — не обсуждала ее личную жизнь, даже с Вероникой.
Когда Полина вернулась, сказала, что наш пациент уже спит, капельница в порядке и можно пить кофе. Мы немного поболтали и допили свои напитки. Она ушла к себе, а мой сон куда-то испарился. «Вот теперь придется считать пчелок, а может, и барашков, потом я усну и проснусь с жуткой головной болью. Чем же мне заняться или занять появившееся время», — задумалась, и тут мысли направились в сторону моего эксперимента. Вот и выдался случай написать список всех претендентов.
Я достала свой ноутбук и открыла страницу Excel. Так как в комнате никого не было, стала рассуждать и говорить вслух:
— Так. Название придумаем… Нет, напишем «Эксперимент». Не «Список» же писать, как-то неприглядно. Нумерацию ставить не буду, смешно получится.
Я продолжала:
— Начнем с него, — и, написав первое имя, потерла руки. — Сделаем колонку, что о нем знаю, где он и кем работает или чем занимается, что он для меня в эту жизнь привнес или может привнести, и оставлю графу для примечания.
Этот процесс меня очень увлек, не все графы заполняла сразу, но имена посыпались. Я и не заметила, как сработал будильник, и только на повторе его отключила. Быстро собравшись, пошла умываться. И сразу вернулась, чтобы забрать свой ноутбук. Зайдя в комнату, увидела, что к моему компьютеру присаживается Константин Эдуардович и начинает вчитываться.
— Это конфиденциальная информация, и не стоит туда заглядывать, — строго, но корректно попыталась сделать ему замечание.
— Но тут что-то очень интересное написано, — он стал заглядывать в мои глаза и улыбаться, — про секс.
Я покраснела и была дико собой недовольна, что оставила такую информацию на обзор. Не думала, что кто-то из сотрудников так рано придет на работу. Закрыла ноут, забрала его и вышла из комнаты.
Днем меня увлекли дела, и я забыла об утреннем инциденте. Уже на ночном дежурстве увидела, что наш кардиолог тоже ходит по больнице. Не хотелось встречаться с ним глазами. Боялась, что он начнет подтрунивать, а мне этого не хотелось. Весь вечер пыталась обойти его стороной.
К девяти вечера в больнице все успокоилось, и я, предупредив дежурную медсестру, пошла спать. Ведь две ночи подряд не высыпаться — это плохо. Закутавшись в плед, сразу уснула.
Не зная, который час, решила сквозь сон перевернуться на другой бок и еще умудриться увидеть часы. Но время не увидела, что-то помешало. «Вроде тень какая-то», — сквозь сон подумала я. Открыв пошире глаза и проснувшись, стала увереннее искать наш огромный электронный циферблат. И тут меня напугал голос из темноты, и он шел как раз со стороны часов:
— Сейчас три часа ночи.
Голос был знакомый до боли, немного пугающий и интригующий. Это был Константин Эдуардович. Я машинально и быстро поправила свой тонкий спортивный костюм, в котором спала, и подтянула завязки на груди.
— Можно еще поспать и не надо так смущаться.
Вспомнила его реакцию на мой «Список». «Если будет настаивать, что я смущаюсь, придется ответить ему», — собиралась с мыслями.
— Сон мой ушел, — говоря, собирала нервы в кулак, — и я попью кофе.
— Позволь поухаживать за тобой. Чайник горячий, он вскипел минут пять назад, это разбудило тебя.
Не дожидаясь моего ответа, поднялся с дивана и пошел к буфету. Пока он на меня не смотрел, прибрала волосы и уселась поудобнее.
— Спасибо, — проронила я, беря в руки кружку с пахучим кофе.
— Кофе хороший, швейцарский. Пей, не стесняйся. Вспомнил, у меня еще и плитка настоящего шоколада спрятана.
Достав шоколадку, не раскрывая разломал ее, затем открыл и положил на стол, который удобно стоял между диванами.
— Прости, что разбудил.
Мне не показался его тон извиняющимся, но раз он так хочет, прощу его. То, что мы уже на «ты» и без моего согласия, пропустила, хотя обычно делаю замечания, но вот ему почему-то не сделала…