Пока переводили дух, подошел официант, и Леша заказал еще мартини, закуску и соки. Мы разговаривали на разные темы. Захотелось узнать о нем чуть больше, чем то, что он сын старого ловеласа и работает на благо человечества. Я стала задавать ему вопросы, а он отвечал, не шарахаясь от них.
— Ты женат, был или развелся?
— А что, папа про меня тебе ничего не рассказывал?
И мы расхохотались опять одновременно. Смеясь, я покачала головой, что не рассказывал.
— Это не очень интересная история. Немного грустная для меня. Может, не сегодня?
«А что, мы часто будем встречаться?» — постучалась ко мне в голову такая мысль.
— Нет, давай сегодня, мне все равно, прости уж, а ты выговоришься, ведь видно, что ты напряжен где-то внутри, — мой голос был расслабленный, немного заплетающийся.
— Тебе коротко или как в романах?
— Ты прикольный, давай кратко, а то для романа сегодня не дойдет.
— Ок. Был влюблен еще с института в красивейшую блондинку. Она полная тебе противоположность. Небольшого роста, кругленькая, блондинка. А, это я уже говорил. Она вышла за меня замуж, родила мне дочку, красавицу. Укатила в Штаты и развелась со мной.
— Опа! Как все запутано! — чуть не протрезвела.
— Дело уже прошлого, но по дочке очень скучаю, — он взгрустнул.
— Так, сегодня не день грусти и оплакивания прошлого, так что давай, еще чего-нибудь расскажи, — настаивала я.
— У нее очень красивые большие голубые глаза. Красивая большая грудь, стройные ноги, длинные белые волосы. Она такая одна на белом свете была и есть, конечно.
— Ты ее еще не забыл, — констатировала этот факт, — а любишь? Вернуть не хочешь?
— Поначалу пытался, потом оставил это дело, стал ее раздражать. А сейчас общаюсь с ней по электронной почте, по скайпу, дочку вижу три раза в год, коплю на билеты, — улыбнулся, — и еду к ним.
— Прости, а причина какая, ведь ты не так уж и плох, неужели в постели не совпали?
Не ожидая от себя такой прыткости, испуганно спросила:
— Ничего, что так просто, по-дружески?
— Ты тоже прикольная, мне нравится с тобой болтать, — засмеялся он.
— Смеешься, это уже хорошо, — и я продолжала слушать его рассказ.
— Учеба, работа, ее родители. Все старо как мир. Ей предложили учиться дальше в Штатах, ее родители тоже туда через год собирались уезжать насовсем, и еще и работа при университете. Я в то время вовсю бизнесом занимался, не мог все так бросить и уехать. Да и родители без меня одни бы здесь остались. Она решила, что для нее так будет лучше, и чтобы не держать меня и быть свободной от обязательств передо мной, захотела развестись. Я устал настаивать и отпустил ее.
— Вот это правильно. Нельзя держать человека, если у тебя к нему чувства есть, а у него нет. Это неправильно.
— Но я-то уверен, что она ко мне тоже испытывает чувства, иначе бы общаться с дочерью не дала и не поддерживала такие близкие со мной отношения. Хоть и на расстоянии.
— Тогда не все еще потеряно. Ты держись, — и я взяла его за руку, которая лежала на столе. — Давай дружить. Просто дружить. Без обязательств, без постели, без упреков и насмешек. Мне кажется, мы сможем друг другу помогать морально.
— Ты прелесть, — засмеялся он. — А давай! Но я к дружбам между мужчиной и женщиной отношусь негативно. Они все равно рано или поздно переспят друг с другом, и, если впечатление от встречи будет негативным, уже никогда больше друзьями не станут.
— Да… — призадумалась я. — Но мы не будем пытаться прыгнуть друг другу в постель.
— Ты сейчас за себя говоришь или за нас?
— За себя точно.
— А я вот не такой кремень, вдруг попрошусь?
— Но ты же не в монастыре живешь, и вокруг немало девушек, которые готовы приоткрыть одеяло на своем ложе именно для тебя, ты выбирай, не стесняйся, особенно если они сами этого хотят.
Он заржал, и я тоже стала смеяться.
— Ты действительно необыкновенная. Давай пойдем уже танцевать.
Я прислушалась и услышала красивую медленную музыку, и, поняв, что сейчас-то будет «медляк», спросила: