Нагнувшись, Штерн долго завязывал шнурки у каменоломни, ибо он, как и Оскар, и многие другие, верил в будущего судью, который может спросить: «Где еще – на свете – могло – случиться – такое?!»
Оскар также предоставил своим «коллегам» возможность бросить взгляд на лагерь с Чуйовой Гурки и от австрийского форта, откуда на окровавленных тачках по продавленной колее отвозили трупы – уже тысячи мертвецов были захоронены в братских могилах на опушке соснового леса. И когда с востока явились русские, им пришлось пройти через этот лес, полный жертв, прежде чем перед ними предстал полуживой умирающий Плачув.
Будь Плачув в самом деле индустриальным районом, он бы серьезно разочаровал любого серьезного наблюдателя. Амон, Бош, Лео, Йон, Иозеф Нейшел и другие – все считали его образцовым на том основании, что он обогащал их. Они испытали бы потрясение, доведись им узнать, что одна из причин, по которой их лавочка продолжала существовать, было нежелание инспекции по делам армии разрушать экономическое чудо, которое они создали.
На деле – единственным экономическим чудом, связанным с Плачувом, было личное благосостояние Амона и его клики. Любой непредвзятый человек искренне удивился бы: почему в мастерские Плачува поступали военные контракты, если в них стояло убогое, старое оборудование? Но один из заключенных, умный сионист из Плачува, убеждал таких людей со стороны, как Оскар и Мадритч, в финансовой выгоде таких контрактов, а те, в свою очередь, оказывали давление на Инспекторат. Оскар был готов убивать время с офицерами по закупкам из Инспекции по делам вооруженных сил генерала Шиндлера, потому что был уверен: голод и показательные казни в Плачуве все же лучше, чем гарантированное поголовное уничтожение в Аушвице и Бельзеце. В военном министерстве корчили гримасы и говорили: «Да бросьте, Оскар! Неужели вы серьезно? Что они там могут производить?!» Но все же находили какие-то контракты для лагеря Амона Гета: заказывали то лопаты, которые производились из металлолома, собранного на заводском дворе фабрики Шиндлера на Липовой, то дымовые трубы, гнутые из обрезков жести. Однако предполагать, что вермахт постоянно будет заказывать лопаты и черенки к ним, было бы глупо. Многие друзья Оскара Шиндлера из состава Инспекториата вполне осознавали смысл своих действий – продление существования лагеря рабского труда в Плачуве равнялось продлению жизни населявших его рабов. Кое-кто из них был возмущен тем, каким жуликом является Гет, им претило сибаритское существование Амона на лоне природы и на фоне умирающих.