Министр стояла целых пять секунд, глядя прямо в телекамеры, после чего развернулась и вышла за кулисы.
Я их сделала.
• • •
Энджелс-Кэмп, Калифорния
Кэти Буранек смотрела выступление министра в полном ужасе. Она была немного шокирована тем, что Рис, судя по всему, превратил Майка Тедеско в живую мину «Клеймор» в кабинете Пилснера, но еще больше ее возмутили дикие обвинения в его адрес. Она могла поверить, что он убил Пилснера и Тедеско — видит бог, они это заслужили — но не было ни единого шанса, что он имел хоть какое-то отношение к смерти жены и ребенка. Она из первых рук знала, что история об «убийстве» таксиста — ложь, вплоть до типа оружия. Она также была уверена, что Рис не экстремист. В их разговорах он ни разу не упоминал политику. Изображать такого героя, как Джеймс Рис, ксенофобским фашистом было оскорблением всего, что она знала о нем и его семье, которыми она так восхищалась. Пришло время и ей вступить в бой. На этот раз — в качестве журналиста, готовя передовицу, которая, вероятно, станет единственным голосом против гигантской пиар-машины Хартли.
ГЛАВА 65
Округ Куос, Нью-Гэмпшир
ФРЕД ВСЁ ЕЩЕ ВЕРИЛ В КОНСТИТУЦИЮ. Он посвятил жизнь ее поддержке и защите. Как и многие старшие сержанты SEAL, Фред имел диплом колледжа. Но в отличие от большинства «котиков», он вдобавок ко всему работал над магистерской степенью по философии. Он любил историю, особенно историю войн, но уравновешивал это тем спокойствием, которое приносило изучение философии. Подчиненные иногда называли его «воином-поэтом» — титул, который он носил с честью. То, что президент и министр обороны приостановили действие закона Поссе Комитатус, его беспокоило. Он был достаточно стар, чтобы помнить фиаско в Уэйко и Руби-Ридж в начале девяностых. Тогда он был совсем мальчишкой, но помнил политический шторм, поднявшийся, когда выяснилось, что советники из XXXXXXXXXX находились на месте, помогая ATF в Уэйко. К злоупотреблениям федерального правительства большинство американцев по-прежнему относились с крайней опаской.
Еще большее беспокойство у Фреда вызвала группа людей, встретившая его и команду в региональном аэропорту Маунт-Вашингтон в Нью-Гэмпшире. Двадцать частных контрактников из фирмы под названием «Кэпстоун Секьюрити» ждали его прибытия. Звонок в штаб подтвердил, что министр обороны уже лично распорядилась, чтобы SEAL обеспечили поддержку контрактникам. В качестве причины такой роли «поддержки», как его заверили, выступала некая юридическая необходимость, связанная с законом Поссе Комитатус. Фред был в ярости. Полная чушь. Эти охранники приехали сюда не для задержания Риса, они приехали его ликвидировать. Фред знал закон и понимал Конституцию. Он также знал, что давал присягу подчиняться приказам тех, кто поставлен над ним. Именно эти две противоречащие друг другу верности терзали его душу.
Гонка по горным дорогам вернула его в реальность.
— Сбавь скорость, Кларк, — грубо приказал он. — Нам нужно добраться до цели целыми.
БПЛА, одолженный у Министерства внутренней безопасности, не фиксировал признаков жизни в горной хижине. Расположенная вдали от мощеных дорог Нью-Гэмпшира, она выглядела идеальным местом для уединения — по крайней мере, на экране iPad mini, который лежал у Фреда на коленях.
Фред сдвинул в сторону свою винтовку HK 416 и нажал кнопку передачи на радиостанции MBITR, закрепленной на снаряжении его плейт-кэрриера.
— Первый, притормози, — предупредил он головную машину конвоя.
Все они были в серых комплектах для досмотра судов, без спасательных жилетов, чтобы не выглядеть подчеркнуто по-военному. Серая неброская форма делала их больше похожими на городской спецназ SWAT, чем на группу закаленных в боях бойцов SEAL. Единственной деталью, выдававшей их, были шлемы: они не подходили к серому однообразию формы и бронежилетов. Операторы привязываются к своим шлемам. Каски в расцветке Multicam или пустынном цифровом камуфляже AOR1 лежали у них на коленях, чтобы не пугать местных жителей видом идущей в город войны.
— Что, старшина, стареешь? — съязвил один из новичков с заднего сиденья арендованного «Субурбана».
— Нет. Просто хочу, чтобы мы все добрались до точки высадки живыми.
— Принято, старшина, — ответил молодой боец.
— Эй, старшина, а почему они не привлекли местных копов, чтобы взять этого парня? Я слышал, что Смитти говорил о нем — типа крутой боец и всё такое, но он же всего один, и он просто обычный «котик», — сказал Кларк, использовав неофициальный, полупренебрежительный термин XXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXXX, которым называли тех SEAL и армейских спецназовцев, кто не входил в их элитные подразделения.