• • •
— Ты поведешь. Мне нужно позвонить, — сказал Хорн, когда они подошли к его Aston Martin Vanquish S. Его серебристый цвет маркетологи британской компании хитроумно назвали «Скайфолл». Хорн не заставил бы себя купить «Теслу» — машину, которую предпочитало большинство его конкурентов в калифорнийском финансовом мире. Он считал их заботу об экологии моральным тщеславием, которое просто не выносил. Какой бы быстрой ни была электричка, она никогда не смогла бы вызвать ту смесь восхищения и зависти, которую вызывал его двенадцатицилиндровый «Астон Мартин», когда он отдавал ключи парковщику.
Убедившись, что Аньон аккуратно убрал «Кригхофф» в кожаный футляр и положил на заднее сиденье, Хорн опустился на пассажирское место и достал телефон. Он отключил его от Bluetooth автомобиля и нетерпеливо уставился в экран, хотя знал, что в каньонах вокруг Оук-Три связи нет.
Сол осторожно вывел спорткар на дорогу к шоссе, ожидая критики на каждом повороте.
Как только связь появилась, Хорн сделал звонок.
— Это Хорн. Мне нужно, чтобы ты проявил творческий подход в деле Джеймса Риса. — Не дожидаясь ответа, Хорн прервал соединение.
— Кто это был? — спросил Аньон у босса.
— Это, Сол, был последний вариант. А теперь следи за дорогой и дай мне поработать.
Аньон сделал, что ему велели.ГЛАВА 40
Захолустье Вайоминга
Главной трудностью для Риса в его личном крестовом походе стало отсутствие разведывательной поддержки. За океаном в распоряжении таких, как он, был целый штат вспомогательного персонала, не говоря уже о колоссальном разведывательном аппарате США, помогавшем обнаруживать, блокировать, ликвидировать цели и собирать разведданные. В этой же миссии Рис не только лишился этой поддержки, но и должен был проворачивать всё, не оставляя следов. Не то чтобы он боялся ареста — никакое государственное наказание не сравнилось бы с тем, что он уже пережил. Ему нужно было ускользать от закона лишь для того, чтобы отсрочить смерть, которая, как он знал, была неизбежна. Она просто не могла наступить, пока он не доведет дело до конца. И чем дольше Рис сможет держать противника и закон в неведении, тем лучше.
Осознание того, что он уже мертвец из-за опухоли, растущей в мозгу, дарило невероятное чувство свободы. Он был сосредоточен исключительно на свершении правосудия над теми, кто отнял у него всё. Он не чувствовал ни рамок, ни моральных конфликтов. Его цель и видение были кристально чистыми. Понимание того, какое насилие он обрушит на убийц своей жены, дочери, нерожденного сына и товарищей по отряду, приносило ему странное умиротворение.
Рис отвел неделю на наружное наблюдение, но обнаружил, что его цель охотно транслирует каждое свое движение всему миру через социальные сети. Бойкин будто кричал: «Вот я, приди и убей меня». Рису, прожившему всю профессиональную жизнь в режиме строгой секретности, такой менталитет казался непостижимым. Перемещения Бойкина были рутинными и предсказуемыми, а местность и время — идеальными для того, что Рис задумал еще в Коронадо.
Он не бывал в горах с той самой провальной операции в Афганистане. Поход по диким местам Вайоминга при дневном свете, налегке и с небольшим рюкзаком, сильно отличался от патрулирования враждебной территории в кромешной тьме под весом тяжелого боевого снаряжения. Рис ожидал встретить охотников, ведущих разведку перед открытием сезона, но за всё время, пока он шел по хребту параллельно шоссе, ему не попалось ни души.
На самом деле он прошел мимо выбранного места, заметив его, лишь когда оглянулся назад. U-образная выемка в склоне горы обеспечивала беспрепятственный обзор шоссе по всей длине, при этом позиция была закрыта со всех сторон, кроме как сверху. Над ним сегодня было только чистое синее небо, так что шансы быть замеченным кем-то, кроме экипажа вертолета, стремились к нулю.
Рис достал блокнот и лазерный дальномер, сделал подробный набросок местности и отметил дистанции до различных ориентиров. Глядя на машины, едущие по северному направлению, он прикидывал время для выстрела по каждой из них. Лучшим местом казалась низина в 625 ярдах. Конфигурация дороги и перепад высот идеально ложились в его теорию «несчастного случая». О лучшем нельзя было и мечтать. Он отметил точку на карте и в GPS-навигаторе и отправился искать кратчайший путь обратно к машине.
Имея два дня в запасе, Рис потратил время на изучение окрестностей. Припарковавшись перед публичной библиотекой Сода-Спрингс в Айдахо, он включил свой подержанный iPhone и вышел в мир через бесплатный Wi-Fi. В мессенджере Signal висело сообщение от Кейти под псевдонимом.