Опустошенный Матвей молча смотрел на экран, больше всего ему сейчас хотелось разнести к чертям собачьим и компьютер, и стол, и всю эту кипу бумаг, угрожающе съезжающую по скользким разноцветным папкам. Но представив опять поиски работы, долгие бесплодные собеседования, скандал с шефом и обвинения в предательстве он нехотя взялся за отчет.
Уже в сумерках, устало откинувшись на спинку офисного стула, Матвей последним щелчком отправил многостраничный документ шефу. Столовая к концу дня опустела, перекусить удалось вчерашними пирожками. Утолять голод пришлось сигаретами и мерзким растворимым кофе.
Радость от предстоящего отпуска пропала. Хотелось добраться до дивана и не раздеваясь отключиться на сутки.
На рассвете Матвея разбудил телефонный звонок. Пожалев, что не отключил телефон, и спросонок думая, что звонит очередной банковский спамер с выгодным кредитным планом, Матвей хотел отклонить вызов, но нечаянно смахнул кнопку в другую сторону. Вместо механической записи он услышал знакомый голос Димы, считавшегося лучшим другом (Хотя какой он, нафиг, вообще друг, если звонит в такую рань!):
— Ты что до сих пор спишь? Вставай быстрей, мы уже всё погрузили.
Матвей ничего не понимал, голова была тяжёлая. Вчера, перенервничав, он долго не мог заснуть, всё перебирал в памяти нелестные эпитеты шефа, смотрел какой-то боевик, совершенно изгладившийся из памяти, и только лошадиная доза самодельного алкогольного коктейля срубила его уже где-то в половине третьего.
— Куда? Димон, ты сбрендил, что ли? - проскрипел осипший голос.
— Как куда! Это ты сбрендил? Не мог один день не бухать? - Дима искренне обиделся.
Ещё через несколько минут разговора с уточнениями обстановки, Матвей положил трубку. Зубы чистить и бриться не стал.
«Кому ты нужен такой красивый в лесу», — сказал он сам себе, стоя перед зеркалом в ванной.
Вещи Матвей собрал еще накануне, если бы не вчерашний форсмажор, ехал бы уже с единомышленниками, в полном автобусе таких же веселых, полупьяных мужиков, отметивших с утра начало трудного, интересного пути. Сплав не для слабаков, это приключение для настоящих мужчин!
Команда во главе с Дмитрием ждала на парковке уже около часа.
Когда подошел Матвей, народ уже возмущался, что приходится ждать неизвестного мудака, тормозящего весь автобус. Люди все были незнакомые, раньше Матвей и Дима ходили с другой командой и теперь им предстояла сложная задача: влиться в чужой слаженный коллектив.
— Ничего вольемся, я так уже несколько раз ходил, — бескрайний оптимизм приятеля слегка раздражал.
Матвей сел на свободное место, достал бутылку с водкой.
— Ну и черт с вами, — обиделся Матвей и в два глотка опустошил половину фляжки, привычная жидкость обожгла рот, прокатилась горячим комком по горлу и слегка примирила его с действительностью.
Поначалу трасса была удобная, однако, когда выехали на проселочную дорогу. Пассажиров начало трясти и мотать из стороны в сторону, тяжелое напряжение вчерашнего дня только сейчас начало покидать Матвея, появилось знакомое чувство эйфории, захотелось легкого непринужденного общения, и он снова полез в карман за бутылку.
— Пей из горла. — Крикнул один из пассажиров Матвею и засмеялся, стараясь походить своим ржанием на мерина в полном расцвете сил. Матвей думать долго не стал. План был хорош всем, кроме наличия клапана, предусмотрительно установленного производителем.
— Силен ты, брат! — заметил сидящий через проход пассажир и засмеялся, походя своим ржанием на жеребца - производителя в полном расцвете сил. Матвей снисходительно улыбнулся, но предлагать выпить соседу не стал.
До места доехали незаметно, пыль и ухабы никем не замечались, крутые повороты водитель лихо брал с разгона, едва не вылетая на обочину.
Когда автобус наконец остановился, помятые пассажиры дружно вывалились из обеих дверей, кто-то помчался в ближайшие кусты, остальные принялись выносить багаж на поляну и взялись за сборку катамаранов.
Разомлевший Матвей путался под ногами, хохотал невпопад, наконец уселся в автобус и громко пел песни, пока все готовились к отплытию и привязывали веревками вещи, чтобы их не смыло на перекатах Сборку полагалось выполнить до темноты, чтобы успеть дойти до предполагаемого места ночевки.