— Охренел твой кореш, автобус задержал, бухает и ничего не делает, похоже зря мы его взяли, — подошел к Дмитрию руководитель группы.
Матвей это слышал, но всё недовольство окружающих казалось ему таким мелким, ничтожным, что он, снисходительно улыбаясь, ходил от одного катамарана к другому, отвлекая тех, кто занимался сборкой. Окружающие нервничали, уже в открытую посылали его подальше, орали на Дмитрия, что это он привел такого раздолбая. Дмитрий и сам не рад уже был такому повороту событий, тихо чертыхался, шипел сквозь зубы, схватил Матвея за руку, отволок подальше и велел поспать.
Когда всё было собрано, Матвея забросили на один из катамаранов вместе с рюкзаками, положив его бессознательное тело между поклажей и привязав дополнительно веревкой, чтобы не выпал.
Хорошая солнечная погода незаметно сменилась моросящим дождем. Быстро поставив катамараны на воду, группа начала свой путь по Исети.
Матвей вскоре очнулся, попытался подняться, но товарищи по сплаву заворчали и посадили его на один из рюкзаков. Поначалу он ничего не понимал, голова кружилась, сознание занимала мысль об опоздании на работу. Чертова жизнь офисного планктона и здесь не давала покоя, отвлекал моросящий неприятный дождь, но мысли о работе не отпускали.
Постепенно память возвратилась, озноб от промокшей одежды быстро отрезвлял.
Солнце большим красным кругом покатилось к закату. На катамаране Матвея не хватало гребцов, он отстал от вереницы соратников. Дождь всё не прекращался, это всех удручало. Матвея охватило ощущение нереальности происходящего: разбитое состояние, похмелье, сосущее чувство голода, какие- то голоса в голове. Он оглядывался боязливо, не узнавая окружающих, непроходящая жажда заставляла его зачерпывать воду из реки жадно пить, но помогало это мало.
Вскоре показалась нужная поляна, где стоял первый катамаран. Люди успели поставить палатки и занимались костром, дрова на который взяли из заготовок предыдущей группы.
Ночь пролетела быстро, некоторые просидели у костра до раннего утра с ними и Матвей.
Матвей не запомнил, как ставил палатку, а может это сердобольные туристы помогли, но, когда наступило утро, он осознал себя лежащим в одежде на вещах в натянутой палатке. Привычная головная боль не удивляла, при умывании ледяная речная вода свела руки судорогой.
Вернувшись с реки, Матвей увидел просыпающихся туристов и хмуро пристроился к сидящим у костра.
— Есть что выпить. — Пропустив ритуал приветствия Матвей, обратился к одному из мужчин у костра.
— Тебе хватит!
— Мало тебе вчерашнего! — Вмешался в разговор ещё один ноунейм, имя которого Матвей не помнил.
Матвей молчал, он не помнил и не хотел вспоминать, что было вчера. Тихо встал и пошёл в никуда. Вскоре его нашёл Дмитрий и, хихикая, начал разговор:
— Как дождь надоел!
Матвей молчал.
— Ты помнишь, что было вчера?
— Что?
— Собственно, ничего. Я не понял, что произошло, вот и спрашиваю, — Дмитрий немного призадумался, — Я подошёл, бабы визжат, и ты валяешься. Кто-то тебе ударил, вроде ты закуску у них всю сожрал или брякнул лишнего?
— Предъявили мне за то, что я не помогал, только это и помню, — Матвей неохотно ответил, — кто они?
— Они из Глазова, — Дмитрий перестал мучить Матвея и предложил ему выпить, — где у тебя всё?
— Не помню, в себя приду, поищу вещи и поставлю палатку, — лицо Матвея порозовело, и глаза оживились.
С новой дозой алкоголя начали появляться силы. Память возвращалась, а с ней и злость.
Пока бродил по поляне, Матвей вспомнил разговор со своими новыми соседями. Один из них мелкий бизнесмен, директор собственной фирмы. Чем занимался этот директор, Матвей не мог вспомнить, также, как и его имя. Чертова память! «Странно увидеть здесь директора», — подумал Матвей, — только от одного избавился, здесь второй качает права и лечит его.
Собрав небрежно палатку, Матвей побрел искать Дмитрия, взбудораженный организм требовал очередной дозы алкоголя.